Склонив голову, чтобы мой рот был возле ее уха, и ее волосы щекотали мне щеку, я сказал ей. — Миа, мне так жаль.
Она напряглась еще больше, и я чувствовал, что она задержала дыхание. Я обвил ее рукой, заключая ее в крепкие объятия, и повторил ей на ухо.
— Мне так жаль.
А затем она сделала глубокий вдох, но он был похож на душераздирающий всхлип, после чего ее плечи поникли, а ноги подкосились. Она бы сползла на пол, если бы не мои объятия.
Медленно и аккуратно я помог ей опуститься на пол и сел рядом. Она сидела боком ко мне, я снова ее обнял, прижимая к себе как можно ближе. Она плакала молча, сдерживая рыдания, а я покачивал ее из стороны в сторону, тихонько убаюкивая.
Спустя какое-то время Миа сдалась и зарыдала навзрыд. Я бы все отдал, чтобы избавить ее от этой боли.
— Пожалуйста, скажи мне, что это неправда, — повторяла она между всхлипами. — Мне это приснилось, да?
Я не мог ответить, не мог произнести то, что она хотела услышать. Поэтому я просто сжал ее крепче, уткнулся лицом в ее шею, чувствуя, как у меня самого потекли слезы.
От моего всхлипа она сцепила руки у меня за спиной. Вскоре ее дыхание замедлилось, она расслабилась в моих руках. Мы долго сидели молча. И все это время у меня крутилась в голове — какая это привилегия утешать ее, и какой я счастливый сукин сын, хотя я отдал бы все, чтобы мы не оказались в подобной ситуации.
Я также держал ее на безопасном расстоянии от моего паха, потому что пока я держал ее в своих объятиях, такую мягкую, теплую, приятно пахнущую, моему члену было абсолютно наплевать на все происходящее, и он начал вставать.
Я знал, сегодня вечером мы не будем заниматься сексом. Да я и не ожидал, я же не ни бесчувственный козел. И сегодня я не расскажу ей обо всем, что обо мне узнали Гвен и Фрэнк.
И я также понимал, этой ночью я не буду спать на полу. Я ни в коем случае не позволю, чтобы Миа всю ночь на кровати оставалась наедине со своим шоком, горем и страданиями.
И причина, по которой я не могу этого допустить, заключается в том, что я люблю ее. Я люблю ее вовсе не как друга. Я влюблен в Миа Уотерс. И каким-то образом, это самое лучшее и худшее, что со мной случалось. И мысль, что я должен все закончить кажется мне смешной. по-моему, для этого уже слишком поздно.
Глава 21
Миа
Я понятия не имела, сколько было времени, когда проснулась, но была уверена, намного раньше, чем мне хотелось бы. В окно просачивался слабый свет, что свидетельствовало или о начинающемся рассвете, или же о пасмурном утре.
Это первое, что я заметила.
Вторым было то, как сильно пересохло у меня горло, и болела голова. Было глупо надеяться, что после тяжелого утра и почти бессонной ночи я проснусь свежей и отдохнувшей.
И третьим, был спавший рядом со мной Джей. Он лежал на животе, отвернувшись от меня, засунув одну руку под подушку. На нем все еще была белая футболка, волосы торчали в разные стороны, а дыхание было глубоким и спокойный.
Было одновременно странно и замечательно проснуться рядом с ним. Укладываясь вчера спать, дожидаясь пока он почистит зубы, я не знала, ляжет он со мной или нет. Но он не только лег рядом, но и крепко обнял меня, как только мы накрылись одеялом. Именно в такой позе я уснула. Пока Джей обнимал меня.
Я даже боялась представить, как бы я пережила последние 12 часов без него. То, как он поддерживал меня, и насколько близки мы стали, доказывало, что он ошибался, когда говорил, что секс испортит наши отношения. Несмотря ни на что, я стала сильнее… сильнее и счастливее. Он, вероятно, тоже. Я же не могла чувствовать это одна, так?
Бабушка...
Я до сих пор не могла поверить. В памяти медленно всплыли воспоминания вчерашнего дня. Было похоже, что одна часть моего мозга понимала, что все это правда. Реальность и неизбежность происходящего упрятаны за закрытой дверью, но если открою эту дверь, то все это мигом навалится и накроет меня с головой. Поэтому я намерена держать эту дверь закрытой до тех пор, пока не буду готова ее открыть.
Аккуратно сдвинувшись к изножью кровати, я умудрилась подняться, не разбудив Джея. С ощущением тяжести в животе, на затекших конечностях, я достала из чемодана первую попавшуюся чистую одежду: черные лосины и тонкую, красную тунику. Затем я расстегнула верхнее отделение чемодана и вытащила оттуда переливающуюся блестящую подарочную упаковку, которую второпях положила, возвращаясь с вечеринки Энджи. Неужели это было всего три дня назад? Казалось, прошла целая вечность.