Девочка снова покинула свою кроватку – на сей раз она позаботилась задуть свечку, – прошмыгнула за штору и, замерев у окна, вглядывалась в темноту: то ли следила за кем-то, то ли ждала сигнала. В отличие от событий памятной ночи что-то несомненно приковывало внимание Флоры – ее не вспугнул ни свет свечи, вновь зажженной мною, ни моя возня, пока я торопливо надевала туфли и халат. Спрятавшись в своем укрытии, девочка застыла на подоконнике у распахнутого окна и отрешенно смотрела в сад. Полная неподвижная луна светила ей, и это обстоятельство заставило меня действовать без промедления. Ясно, что Флора следила за призраком, который явился нам у озера, но теперь она могла вступить с ним в общение, что не удалось в прошлый раз. Мне надо было, не вспугнув девочку, добраться до другого окна, выходящего на ту же самую сторону. Я бесшумно покинула комнату и, прикрыв дверь, замерла, прислушиваясь, не донесутся ли изнутри какие-либо звуки. В этот момент взгляд мой упал на дверь комнаты Майлса, находившейся в каких-нибудь десяти шагах, и во мне вновь заговорил тот самый странный голос, который недавно искушал меня. Что, если войти сейчас в комнату и прямиком направиться к окну? Что, если решиться на этот отчаянный шаг, открыть растерявшемуся мальчику причины такого поступка, и будь что будет?
Искушение было столь велико, что я подошла к комнате Майлса и приникла ухом к двери, пытаясь представить, что может меня там ждать. Допустим, его постель тоже пуста и он тоже поглощен тайным наблюдением. Прошла минута, другая, ничто не нарушало глубокой тишины, и понемногу искушение ослабло. За дверью было тихо. А если мальчик вообще ни в чем не виноват? Риск был слишком велик, и я не решилась войти. В саду выслеживал свою добычу и влек к себе Флору совсем не тот гость, который охотился за моим мальчиком. Сомнения вновь остановили меня, но раздумывала я недолго и спустя мгновение уже знала, куда мне направиться. В усадьбе пустовало много комнат, и дело было только за тем, чтобы не ошибиться в выборе. Самой подходящей мне сразу же показалась комната этажом ниже в дальнем крыле дома, в той старой башне, о которой я рассказывала вначале. Просторная, богато обставленная, эта комната служила парадной спальней, правда, из-за своих необъятных размеров была неуютной и в ней уже давно никто не останавливался, что не мешало миссис Гроуз поддерживать в ней образцовый порядок. Я нередко заглядывала сюда полюбоваться на роскошное убранство и теперь прямиком направилась в нужную сторону. Задержавшись в дверях, я дала глазам привыкнуть к холодному сумраку необитаемого помещения, а затем пересекла комнату и подошла к окну. Почти не дыша, я раздвинула ставни и, приникнув лицом к стеклу, убедилась, что рассчитала все совершенно правильно. Однако значительно важнее было то, что открылось мне за окном. Снаружи было светлее, чем в доме, – лунный свет заливал сад, и в его молочной белизне на лужайке виднелась человеческая фигурка – издали она казалась совсем маленькой. Человек не двигался и как зачарованный смотрел в мою сторону – точнее сказать, взгляд его был устремлен выше, на башню, – там явно находился еще кто-то, невидимый мне. Но в саду моим глазам предстал совсем не тот, кого я с таким нетерпением спешила увидеть. На лужайке – когда я поняла это, земля ушла у меня из-под ног – стоял бедный маленький Майлс.