— Спонтанность — это отстой, — почти радостно сказала Лея. Очевидно, она решила покончить со своим вынужденным молчанием в пользу своего желания позлорадствовать. Но Люк не успел ей ответить, ибо корабли пере ними, открыли огонь.
====== Глава 20 ======
— Как вы узнали, что он отправился на Мустафар? Какого черта он летит в Мустафар? Когда он улетел? Зачем он взял падавана Оллера? Почему вы его не остановили? Ему же всего пятнадцать! Почему вы не связались со мной раньше, чтобы я мог добраться сюда быстрее?! — вопил Энакин, ходя из стороны в сторону.
Паника парализовала его разум. Чистая, слепая паника. Хотя побег сына и не был такой уж новостью, ибо не впервой, но что-то в Энакине закричало при этой мысли. Его сын был на расстоянии многих световых лет от Корусанта. Если с ним что-то случится, Энакин даже не узнает, если только ребенок не умрет, и тогда… нет, он не будет думать об этом. Но что может делать пятнадцатилетний подросток? На Мустафаре из всех мест! Он чувствовал, что сходит с ума от беспокойства, и это только обостряло его и без того вспыльчивый характер.
Почему никто из джедаев не отвечает? Он бросил на них вызывающий взгляд и резко замер из-за странной сосредоточенность мастера Винду и мастера Йоды на его плече. Он посмотрел вниз и осознал тот факт, что, забыв о потере руки, он пытался махать ею вверх и вниз, но в конечном итоге это привело только к тому, что его металлический обрубок нелепо двигался и вращался под его рукавом верх и вниз. Даже Ферус выглядел немного ошеломленным.
— Рука тебе новая нужна, рыцарь Скайуокер, — заметил Йода все еще пялясь на плечо высокого блондина.
— У меня нет времени! Когда он улетел? — резко сказал блондин сжав плечо свой настоящей рукой, чтобы избежать дальнейшего казуса.
— Вчера. После того, как ты ушел, — выплюнул Олин, и сложил руки на груди.
Энакин недоверчиво уставился на Феруса и Йоду, и возмущенно воскликнул:
— Тогда почему вы все еще здесь? Хоть кто-то отправился следом?..
— Мы только час назад выяснили, куда они направляются! — рявкнул Ферус. — Ведь они оказались в гиперпространстве еще до того, как мы успели моргнуть!
О, это было просто невероятно.
— Я пошел, — отрывисто выплюнул Энакин, и развернулся в сторону ангара, но тут его схватила чья-то рука.
— Подожди! — быстро сказал Оби-Ван и потянул блондина назад. — Подумай головой, Энакин! Зачем Люку отправляться на Мустафар?
— Лея, должно быть, что-то смогла выяснить, — взволновано сказал Энакин, и уже тише, себе под нос, добавил: — Он чувствовал, что теряет время.…
— Думаешь именно поэтому он так сорвался с места? — подняв бровь спросил Оби-Ван. — Но почему? Почему помощи-то не попросил?
Вот именно! Какого ситха он!..
— Чтобы Совет не смог вмешаться, — вдруг просипел Энакин, осознав, почему его глупый ребенок сбежал. Вот ситх! Причем в прямом смысле… — Владыка ситх. Он на Мустафаре!
Крифф, крифф, крифф! О чем, черт возьми, думал его сын? Едва озвучив свою догадку, Энакин вновь развернулся и пронесся мимо других джедаев, прямиком к ангару. В этот раз его никто не успел остановить.
— Скайуокер! — рявкнул Ферус ему вслед. — Куда это ты собрался, ублюдок?
— Я собираюсь вернуть своего сына, ты, сын банты! — крикнул в ответ Энакин, и мимолетно, с немного истеричной ноткой и с юмором подумал, как же сейчас неподобающе они себя ведут, особенно в присутствие членов Совета, но ему было плевать.
— Энакин! — крикнул Оби-Ван. — Ради Силы! Ты не можешь так уйти! У тебя даже руки нет!
— Ты спятил, если думаешь, что я буду сидеть и спокойно ждать, пока хоть кто-то пошевелит пальцем, и найдет моего сына! Сына, который собирается предстать перед повелителем ситхов! Один. И мне все равно, насколько могущественным он себя возомнил, я должен идти к нему сейчас! — яростно ответил Энакин, уже добравшись до поворота, и тут, к своему удивлению, он услышал, как Оби-Ван крикнул:
— Рыцари! Остановите его!
Ох, ты должно быть шутишь…
Перед ним вспыхнули яркие световые мечи, заставив Энакина резко остановиться. Сила, сейчас ему как никогда пригодилось бы знание о том, как Люк умудрялся ломать мечи на расстоянии!
— У меня нет на это времени! — прошипел он, и поднял руку—только чтобы понять, что это была протезная культя. Ситх побери!
— Энакин! — запыхавшись сказал Оби-Ван догнав его, и схватил его за руку, та, что была из плоти и крови, и добавил: — Ты должен остаться здесь. Сила, у тебя руки нет, как ты собрался драться с ситхом?
— Он же мой сын! — в отчаяние сказал Энакин, и попытался выдернуть руку из хватки бывшего учителя.
— А ты мой падаван! — огрызнулся Оби-Ван, крепче сжав руку высокого рыцаря, словно боясь, что он раствориться прямо перед ним.
— Уже нет! — рявкнул Энакин, хотя часть его была потрясена замечанием Оби-Вана. Его молодое «я», то самое, которое так боготворило Квай-Гона и Оби-Вана, вдруг пробудилось к жизни. Он чувствовал себя виноватым за свой собственный ответ, особенно когда Оби-Ван выглядел таким пораженным, услышав его ответ, и смягчившись, он тихо добавил:
— Послушай, Оби-Ван, если бы это был я… — нет, слишком личное, — я просто должен уйти, хорошо?
— Ты что, дурак, нам не доверяешь? — прошипел Ферус проходя мимо него, явно намереваясь сам отправиться в погоню за падаванами.
— Против Сидиуса не выстоять тебе, — предупреждающе сказал Йода Ферусу, и хотя его голос не был громким, но тем не менее казалось, что он разнесся по всему помещению.
— Ну, мой падаван застрял со его чокнутым сыном на пути в ад! — воскликнул Ферус, а затем он резко выпрямился, явно только сейчас поняв с кем он разговаривает, и смиренно добавил: — Мне очень жаль, мастер Йода.
Подняв бровь Энакин посмотрел на Феруса, и даже не заострив внимание на том, что тот оскорбил его ребенка, сказал:
— Значит, у тебя все-таки есть хребет… Временами.
Ферус бросил на него злобный взгляд, и открыл было рот, явно не для того, чтобы сказать что-то приятное, но не успел ничего ляпнуть.
— Вы оба, немедленно прекратите! — строго сказал Оби-Ван и сурово посмотрел на обоих. — Мастер Винду и я отправимся за падаваном Скайуокером и Оллером! А вы двое останетесь в храме!
Учитывая, что Оби-Ван только что прилетел вместе с Энакином, и никак не мог успеть договориться с мастером Винду, тот удивленно приподнял бровь, но протестовать не стал, что его без согласия припахали к миссии спасения пары нерадивых падаванов. Но вот Энакин и Ферус, с другой стороны, могли многое сказать по этому поводу, и ничего хорошего, и даже цензурного.
— Вы что, и впрямь думаете я просто буду сидеть и ждать…
— Это мой падаван, которого похитили, и потащили в пасть сарлакку…
— …пока что-то случится с моим сыном!..
— …прямиком к повелителю ситхов, а все потому, что его сын безответственный балбес, как и его…
— Довольно!
Как ни странно, «автором» окрика был Йода, отчего Энакин, и Ферус мгновенно закрыли рты. То ли от шока, то ли неожиданности. Ведь блондин даже не мог припомнить, когда Йода так повышал голос или выглядел таким же раздраженным, каким Энакин его никогда не видел. Даже когда он сам выкидывал очередной трюк.
— Если ситхов владыка и впрямь имеет место быть, то я пойду с мастером Кеноби и мастером Винду, — уже спокойнее продолжил мастер Йода. — А пока оставайтесь здесь, вы двое, — и когда оба рыцаря открыли рты, что явно начать протестовать, он выразительно добавил: — И возражений никаких я слышать не хочу.
Ферус отступил первым, впрочем как всегда, и почтительно сказал:
— Да, мастер Йода.
А вот Энакин лишь фыркнул и даже не потрудился, что-либо ответить. Ведь мастер Йода только обманывает себя, если думает, что он просто собирался сидеть сложа руки и ничего не делать. Его сын был там, и Энакину нечего было терять; он уже собирался быть исключенным из Ордена. Он также не собирается оставлять своего ребенка на произвол судьбы, и ждать, пока три мастера вернутся, чтобы сказать ему, что они облажались, и не смогли уберечь его мальчика. Тревога за своего своенравного сына, казалось, колотилась в такт его сердцу, и он старался не думать о том, что может случиться, о самом худшем, что может пойти не так, и что он тогда будет делать.…