— Подожди. Сейчас не время.
Тут Энакину пришла в голову немного истеричная мысль о том, что Люк, вероятно, сейчас здесь был самым защищенным человеком в комнате. Ибо Оби-Ван и Йода в любом случае не нападут на него, как и Палпатин, а последние в зале темные джедаи уже пали от клинка Оби-Вана, кроме одного, который еще слабо, но брыкался. Вот и выходит, что Люк оказался в странном положении предполагаемого союзника каждого.
Люк пытался привлечь внимание Оби-Вана, не зовя его вслух, явно пытаясь что-то ему передать. Но этот финт ушами остался незамеченым, и когда он сделал легкое движение рукой, отчего противник Оби-Вана потерял свой световой меч, Кеноби не ожидавший этого, разинул рот и мгновенно обезглавил темного джедая. Затем он повернулся к Люку с неуверенным взглядом, но, слава Силе, промолчал.
Потом Люк ткнул большим пальцем в сторону Йоды и Палпатина. Поняв, что он хочет, чтобы кто-то помог Йоде, Энакин шагнул вперед, но его сын снова поднял руку, останавливая его на полпути.
— Что? — непонимающе спросил он.
Тут Оби-Ван бросился в бой с повелителем ситхов вместе с мастером Йодой, и Люк внезапно с силой впечатал Энакина в стену. Это был не очень резкий удар, но он был громким и выбил из него часть воздуха. Затем его сын подбежал к нему с диким выражением лица, все еще прижимая Энакина к стене с помощью Силы.
— Ладно, — прошипел он себе под нос, все еще сохраняя выражение, которое выглядело совершенно неправильным на его лице. — Дело вот в чем. Ты не можешь встретиться с Дартом Сидиусом, особенно с учетом того, что у тебя только одна рука. Пусть этим займутся Йода и Оби-Ван, и… Кстати. Где Олин и Винду?
— Они пошли за падаваном Феруса. Люк, что ты задумал? — прошептал в ответ Энакин, продолжая краем взглядом поглядывая на битву, которая разгорелась посреди столовой.
— Все пошло наперекосяк, — прямо начал Люк, тоже бросая быстрый взгляд на троих дерущихся. — Предполагалось захватить Палпатина, внушить ему сдаться, и доставить его на Корусант. Но этот план провалился, и теперь он думает, что я его отец. Хуже всего, что мне придется продолжать эту шараду и дальше, — он еще больше понизил голос и быстро выпалил: — Слушай меня внимательно. У него где-то в этом замке есть запись голограммы, на которой он отдает приказ 66. Он рассказывал мне об этом раньше за ужином, на случай, если джедаи устроят ему засаду. Та активируется автоматически и все. Всем капут. Поэтому нам нужно найти запись и избавиться от нее.
— Пусть Йода и Оби-Ван займутся Палпатином, а мы с тобой пойдем искать запись, — упрямо сказал Энакин уже предчувствуя, что его сын, откажется. и придумает очередной безумный план.
— Не все так просто. Мы не знаем, какая там охрана, — тут же ответил Люк. — Запись вполне может активироваться, едва мы попытаемся ее коснуться, или войти туда, где она хранится. Ситх его знает, может он там даже растяжки установил или еще чего-нибудь. Гораздо безопаснее позволить Палпатину самому привести нас к записи.
— И как же ты собираешься это сделать? — вздохнув, спросил Энакин.
— Я всегда знал, что должен вызвать тебя на дуэль, — как-то обреченно сказал мальчик, чье выражение лица было до боли серьезным. — Сделай вид, что ты меня победил, и взял меня в заложниках. Палпатин все еще думает, что я-ключ к его славе. Так что он не станет рисковать моей жизнью. Иди, иди, ну же!
Он внезапно выхватил один из световых мечей джедая-изгоя и ударил Энакина по голове. Мужчина едва увернулся, но только потому, что не ожидал этого. Он вообще понятия не имел, что делает его сын. Хотя с другой стороны, когда он мог угнаться за мыслями Люка или за его идеями? Как показали эти последние три недели это было в принципе невозможно. Тут Люк нырнул, собираясь нанести очередной удар, но какой-то неуклюжий. Его сын, вероятно, знал, что даже с его силовыми трюками Энакин мог с легкостью победить его, поэтому даже особо и не старался выиграть.
Более того, в нем не было никакого гнева, что еще раз доказывало, что мальчик сражался не ради победы. Он дрался ради того, чтобы сохранить шараду. Активировав свой световой меч, он блокировал приближающуюся атаку Люка. Это было как на тренировках. Ну, не совсем как тренировка—мастера сражались на дуэли с Палпатином, где-то на заднем фоне, а у Энакина была только одна рука, так что да, это было не совсем-ка на тренировках, но… Ситх! Есть ли у Силы чувство юмора? Энакин был почти уверен, что так оно и есть. Просто не тот вид, который он мог бы оценить.
Потянувшись вновь к их тренировочной связи, а также к той, что связывала их как родственников, он опустил свои ментальные щиты, чтобы сын мог чувствовать каждое его движение, и тут же ощутил вспышку благодарности—Люк должен был соблюдать приличия, и, очевидно, это очень помогло.
Внезапно, Энакин был поражен обжигающей болью от молнии, которая неожиданно ударила в него. Агония, какой он никогда раньше не испытывал, обрушилась на его организм, и целую вечность он не знал ничего, кроме боли, а когда это наконец прекратилось, его тело все еще содрогалось от непроизвольных судорог, а его разум был в полном смятение.
В следующее мгновение Энакин почувствовал, как теплые руки обхватили его за плечи. Сквозь черные пятна, пляшущие в его глазах, он увидел встревоженные глаза Оби-Вана, смотрящего на него сверху вниз, чей голос донесся до него словно через сквозь вату, когда тот обеспокоенно произнес:
— Энакин? С тобой все в порядке?
Рядом с ним стоял мастер Йода, который явно больше не сражался с Палпатином. Как и Оби-Ван. Что?..
— Где Палпатин? — прохрипел он, и попытался сесть.
— Он ушел, — печально сказал Оби-Ван Энакину. — Люк крикнул, что они в меньшинстве, и Сила отбросила нас назад, когда мы почти нанесли ситху смертельный удар.
При последних слов он казался озадаченным и раздраженным явно не понимая, почему Люк не дал им закончить начатое.
— Н-он не темный, — на всякий случай убежденно сказал Энакин и вновь содрогнулся. — Я сбил его с концентрации, когда он пытался внушить Палпатину сдаться. Так что это была моя вина.
— Это не важно, — сказал мастер Йода, хотя на его лице застыло недоумение, которое ему совсем не шло. — Вероятно, ситхов лорд еще живым нужен, если юный Люк убить его не дал.
Оби-Ван крепко держал Энакина, пока тот пытался успокоить свое судорожно вздрагивающее тело. Блондин чувствовал облегчение от того, что оба мастера не казались подозрительными по отношению к его сыну, но сейчас его больше волновало то, где был сам мальчик и с кем.
— Мы должны найти Люка, — как можно тверже сказал Энакин кое-как встав на свои дрожащие ноги. — Нельзя его оставлять наедине с ситхом.
— По-моему, раньше дела шли неплохо у юного падавана с ситхом наедине, — ответил Йода с растерянным выражением лица. — Он даже блюда кухни изыскано откушивал с ним.
Трое джедаев смотрели на хаос, который царил в столовой, на остатки изысканной посуды перемешаны с обломками дроидов, и телами темных джедаев.
— У Люка юного дела определенно шли гораздо лучше, чем у нас, да, — заключил мастер Йода.
— Я не собираюсь рисковать, — твердо сказал Энакин и наконец смог встать сам, без поддержки Оби-Вана.
— Хорошо, — сказал Кеноби все еще держа руку на плече Энакина, все ще не убежденный, что с рыцарем все в порядке, и с недоверием в голосе он добавил: — Но почему он все же сбежал с Палпатином?
— Приказ 66, — хрипло ответил Энакин. — У Палпатина есть запись голограммы.
Сила молнии, которую ситх пустил в него, несомненно, разрушила планы Люка, так как Энакин отчетливо помнил, что его сын просил, чтобы он взял его в плен.
Сын просил, чтобы он-отец его родной-взял его в плен, чтобы отвлечь его фальшивого сына, который им обоим в дедушки годился. Тьфу. Это было слишком странно, как и вся эта ситуация.
Трое джедаев на мгновение замолчали, прежде чем, они как один, двинуться из обеденного зала в направлении, куда бежали Люк и ситх