Несколько часов спустя Люк и Лея созвали встречу, во время которой Хан кисло смотрел на Энакина, который демонстративно игнорировал его. Падме, между тем, очень любила Хана и демонстративно игнорировала своего мужа. Оби-Ван стоял рядом с Бент Ирин и Сири Тачи, в то время как все остальные слушали, как близнецы формулируют свои планы, заканчивая предложения друг друга.
— Итак, мы на некоторое время заляжем на дно, поскольку Империя сейчас будет биться в припадки ярости, и…
— А пока мы разделимся на пять групп, так как пять-это хорошее число…
— Первая будет на Хоте, потому что Люк настаивает, что кто-то должен быть на Хоте…
— …Мы составим список людей, назначенных в систему Хот. И пусть они не забудут прихватить теплую одежду…
— …а вторая отправится в столицу Империи, так как безопаснее всего в логове льва, и…
— Эта группа будет следить за новостями и передавать новости другими ячейкам Альянса, поскольку никто больше не будет иметь доступа к галактическому голонету…
— …Мы также вернемся на Дантуин и восстановим там базу повстанцев, это в основном для молодых джедаев, которые проходят обучение. Империя вряд ли подумает, что мы вернемся туда, но мы должны быть осторожны. Большинство джедаев будут направлены туда, так же как и беженцы. Вряд ли за такой короткий срок будет создана еще одна Звезда Смерти, по крайней мере, в течение десятилетия или около того, учитывая сколько строилась первая…
—… И Лея хочет, чтобы одна группа отправилась в Облачный город Беспина, потому что именно там Империя, вероятно, будет искать охотников за головами и, вероятно, создаст там временную базу…
— И мы должны отправиться на Эндор, создать там базу и ждать, пока император начнет строить свою следующую Звезду Смерти, чтобы мы вдвоем могли встретиться с ним лицом к лицу и избавиться от него навсегда.
Все так привыкли к этому, что никто и глазом не моргнул от странного разговора, и они перешли прямо к деталям. Были вопросы и ответы, но в конце концов все согласились с этим планом и начали подготовку.
— Можешь себе представить лицо Палпатина, когда он увидит мое? — весело сказал Люк указал на свой подбородок, — бедный дед все еще думает, что я его отец.
— В следующий раз, когда вы двое будете использовать силовое внушение, — протянул Оби-Ван, — вы можете попытаться сказать ему, чтобы он покончил с собой. Это избавило бы нас от многих неприятностей.
— Это совсем не весело. Я мог бы быть более амбициозным, — сказал Люк, задумчиво поднимая глаза, — я могу убедить Палпатина одеться в бикини и посвятить всю оставшуюся жизнь танцам стриптиза.
Отец побледнел.
— Пожалуйста, не надо. Фу! О сила, зачем ты поместил этот образ в мою голову! Аргххххх! — простонал Энакин, чье лицо скривилось от отвращения. — О, Фу, Фу! О сын банты, кто-нибудь, стерилизуйте мой мозг!
Падме тем временем полностью игнорируя ребячество своего мужа, говорила с несчастным Соло.
— …Энакин может быть немного невозможным, — сказала она бывшему контрабандисту, который все еще был очень расстроен трюком старшего Скайуокера. И это правильно, ведь его чуть не убили. — Иногда он бывает очень незрелым…
— Да ладно?! — ехидно выпалил Хан.
— Не обращай на него внимания, — продолжала она, — он просто слишком заботится о Лее.
— Он мог меня убить! Серьезно, сколько ему, пять? — резко сказал он, но в миг смутившись оттого, что на орал на миниатюрную женщину, добавил: — Не обижайтесь, мэм, но…
— Я не обижаюсь, — сухо пробормотала Падме, — я и сама часто удивляюсь, какого ситха я вышла замуж за этого болвана.
Ее взгляд, брошенный в этот момент на мужа был настолько полон раздражения, что Оби-Ван не смог удержаться от смешка. Сила знала, как они были близки к тому, чтобы потерять все это, эти мелкие шалости, чрезмерную заботу и прочие причуды, которые были у их семьи. Несмотря на все ее раздражение, они все были счастливы, что Энакин был Энакином, а не Вейдером, что близнецы могли расти со своими биологическими родителями и испытывать агонию от того, что их дразнили из-за парней, подруг и общих друзей.
Это была отнюдь не идеальная жизнь: Империя все еще была сильна, и, хотя она была полна тирании, людям все еще промывали мозги, заставляя ненавидеть Орден джедаев, и их жизнь состояла из постоянного бегства, лжи о том, кто они такие, и тревоги из-за того, что их разоблачат. В каком-то смысле Люк был прав: галактика нуждалась в этом темном времени угнетения, потому что люди устали от Республики и всех беспорядков, которые возникли, когда она была у власти. Баланс колебался между светом и тьмой, и тьма сейчас была куда сильнее. Люди не хотели Ордена джедаев, потому что все они верили, что, как бы плохо ни было сейчас, джедаи были еще хуже. Почти все были врагами, и служба в армии обычно была рискованным делом. Тем не менее, они были живы, у них была надежда, и, самое главное, у них был план, который на самом деле не был слишком безумным.
Люк хлопнул Оби-Вана по спине, и задорно сказал:
— Ну что, старина? Нужно, чтобы вы с Йодой собрали всех юнлингов вместе. Ты вне поля.
— В самом деле? — сказал Оби-Ван и нахмурился, в то время как Йода наблюдал за ним из своего парящего кресла.
— Эй, ты все равно ненавидишь летать. А следующие миссия полны полетов, — защищаясь, сказал Люк.
— Ты отсылаешь меня, — возмущенно сказал Оби-Ван, не собираясь вот так запросто закрывать эту тему.
— Тебе нравятся юнлинги! — сказал Люк, чья улыбка была полна заискивания. — А на Дантуине есть древний анклав и…и… юнлинги!
— Я должен тренировать вас двоих! — хмуро сказал Оби-Ван. — Я все еще не закончил ваше обучение!
— Ну, папа всегда может взять на себя часть твоих обязанностей… и к тому же я посылаю тебя с Йодой, — продолжал упорствовать Люк.
— О, Сила… — закатив глаза, протянул Кеноби. — А как же Мэйс?
— О, он тоже пойдет с вами, не беспокойся. Но вы, старики, должны сделать перерыв и позволить нам, молодым, разобраться с этими вещами, — хитро сказал молодой блондин.
— Дерзок ты, хммм, — криво усмехнувшись, сказал Йода.
— Подожди, вы что, тоже хотите начать жаловаться? — захныкал Люк.
Великий магистр пристально посмотрел на подростка, и укоряюще сказал:
— Больше уважения должен ты проявлять к учителю своему.
— Да, мастер Йода, — уныло сказал Люк, а потом вскинул голову, и высокопарно, обращаясь к Оби-Вану, продолжил: — Мастер дедуля, вы отправляетесь на Дантуин, чтобы защищать юнлингов, и, я клянусь, что ничего существенного не произойдет между этим моментом и возможной битвой на Эндоре с эвоками, а потом ты можешь ослепить своим присутствием имперцов, ладушки?
— Он пытается сохранить тебе жизнь, учитель, — тихо сказал Энакин, проходя мимо своего старого друга. — Прислушайся к нему.
— Что? — непонимающе спросил Оби-Ван, и вопросительно посмотрел на Люка. — Что это значит?
— Ты даже не должен был приближаться к Звезде Смерти, — расстроенно сказал Люк. — Кто тебе вообще сказал лететь туда? — и посмотрев на сестру, возмущенно добавил: — Лея, ты должна была присматривать за ним!
— Я была занята с мамой! — запротестовала брюнетка и так чувствуя себя виноватой.
— Почему именно я должен был просто сидеть сложа руки, когда трое моих падаванов рискуют своими жизнями, чтобы уничтожить боевую станцию размером с луну, которая также способна уничтожать целые планеты, а? — решительно спросил Оби-Ван, и нахмурил брови.
Люк почесал в затылке, и неохотно ответил:
— Хорошо, ты действительно хочешь заставить меня это сказать? Ладно, — подросток сделал глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и выпалил: — Ты там бы погиб, ясно? Или, по крайней мере, твоя жизнь закончилась бы здесь. Счастлив?
Оби-Ван недоверчиво уставился на него.
— Мэйс должен был умереть восемнадцать лет назад, но ты до сих пор спокойно относишься к его командировкам, — непонимающе сказал он.
— Ну да, но на самом деле мне плевать на Мейса… — раздраженно сказал Люк, и фыркнул.