Знать бы ещё, сколько ударов готовит нам грядущее….
Следующее утро встретило меня пасмурным небом. Низкие монотонно серые тучи застелили небесное полотно. Но я преувеличенно бодро соскочила с дивана, сразу направилась в ванную комнату на обязательные утренние процедуры, одновременно представляя, как порадую себя после свежесваренным крепким кофе. В такой пасмурный день кружка крепкого напитка, как ничто лучше развеет грусть.
Вот так намеренно отвлекая себя мелочами, заставляя акцентировать своё внимание именно на них, я сбегала от мыслей о любимом человеке. Запрещала себе любое послабление. «Я не думаю о нём. Я не злюсь на него. Я живу дальше». Повторяла заведённым роботом, как мантру, почти каждую минуту своей, что уж там скрывать, унылой жизни.
После всех косметических и парикмахерских процедур я смогла ощутить внутри себя (по правде говоря, достаточно глубоко, настолько глубоко, что придётся воспользоваться телескопом) не только пустую чёрную бездну. Но и что-то живое, заворочавшееся с боку на бок и не желающее просыпаться раньше времени, что-то отдалённо напоминающее… жажду жизни. Будто она ленивым зверем впала в спячку и не желала просыпаться без доказательств реального наличия достойной для неё цели. Я улыбнулась сама себе, даже если улыбка вышла грустной и вымученной. Но жизнь продолжается. Даже мрачная суровая зима рано или поздно уступает и сдаётся, согреваясь и оттаивая под тёплыми и ласковыми солнечными лучами, превращается в весну. Вот и я пойду проторённой дорожкой, наберусь терпения и буду ждать весну в душе.
Я шла вдоль оживлённой улицы, город постепенно оживал после новогодних праздников. Люди и машины заполняли улицы, тротуары. Витрины всё ещё украшенные новогодними гирляндами радовали глаз какофонией огней. Я бездумно глазела по сторонам, впитывала в себя эмоции большого города (рыдание в четырёх стенах не лучшим образом сказывается на человеческой психике). Невольно вздрагивала, услышав чей-то счастливый смех, громкий разговор группы подростков излишне бурно что-то обсуждающих и бешено жестикулирующих как японские подростки на dance-автомате (танцевальной платформе). Тут и там раздавались хлопки дверей автомобилей. Все куда-то спешили, чему-то радовались, общались друг с другом или по телефону… попросту жили! Я правильно сделала, что решила пройтись пешком после салона. Пешая ходьба, как и чашка горячего чая лучше всего успокаивает нервы и прочищает мозги от мусора.
Вдруг что-то знакомое промелькнуло сбоку. Я чисто механически, на инстинктах повернула голову вправо и на противоположной стороне дороги заметила каштановую с медным отливом гриву волос, показавшуюся знакомой. Сильно напоминающую мою собственную причёску. Сделав пару шагов по инерции вперёд, я остановилась и повернулась в сторону интересной девушки. Может ли быть так, что это моя сестра? Почему бы и нет, выходные дни ещё продолжаются, а мы почти в центре города, где много развлекательных заведений. Но стоило мне остановиться и сосредоточить взгляд на девушке, как я забыла, как дышать…. Дыхание и крик одновременно застряли в моём горле. Я застопорилась истуканом, безвольно опустив руки вдоль тела, резко перестала замечать снующих мимо меня людей. Кто-то задел меня плечом, но я ничего не почувствовала. Я стояла с круглыми от шока и неверия глазами, открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни звука.
«Не может быть, этого просто не может быть…», — я беззвучно шевелила губами. А мозги отказывались обрабатывать жестокую картинку, грозящую окончательно погубить мой хрупкий мир.
Потому что я во все глаза смотрела на Игоря! Он, стоя на тротуаре и отмахиваясь от девушки, застёгивал свою чёрную куртку. Волосы его были в беспорядке, и он несколько раз приглаживал их растопыренными пальцами. Я не вижу деталей, но отмечаю, что он осунулся, сгорбился и как будто не спал несколько дней подряд. Автоматически поднимаю глаза выше и над вычурной мраморной входной группой читаю сияющую вывеску с мудрёным названием, в котором сознание выхватило лишь ключевое слово «Отель»…. Занавес!