Давно выяснилось, что подобные повязки имеют целый ряд проблем и являются устаревшей технологией. Сейчас все современные армии предпочитают вшивать чипы под кожу, причем зачастую втайне от самого солдата. Найти такой чип, который размерами не превышают четверть ноготка, довольно нетривиальная задача. Особенно если он сделан не из металлических наноматериалов, а скажем, из пластика на основе жидкостных нанокомпозитов. Поговаривают, что самые передовые образцы могут окисляться на открытом воздухе, поэтому и достать их, не повредив, — тот еще геморрой. Разумеется, при окислении — передается сигнал об уничтожении чипа. И если хаб в зоне действия…
Отношение у меня у самого к такому двоякое — рисуются не самые приятные картины будущего человека, которому еще при рождении будут вживать наночип в пятку или плечо. Аргументы у любого правительства найдутся. И если ты не пригрелся при власти и не дай бог недоволен ею… Варианты твоих действий существенно сужаются. А уж если на планете установится гегемония одного государства…
…Возвращаясь к нашим баранам, бывшие пираты и низший состав боевых групп даже на пару часов без нашего ведома не смогут покинуть город или ошиваться в подозрительном месте… Повязки работают. Но как выяснилось на практике — против дезертирства они не спасают. Что в первую очередь сделал каждый из семерых сбежавших, как только оказался «на свободе»? Правильно. Сменив одежду, каждый из них сорвал и выкинул повязку в кусты или прямо на дорогу, даже не догадываясь об их скрытом свойстве. А ведь у нас был с Луньес разговор на эту тему… Мой скепсис она тогда не разделила.
Меры оказались сверхэффективными. Листовки сработали как надо. Уже к четырем часам вечера «сбежашек-потеряшек» нашли. Пятеро явились с повинной и принесли мертвое тело шестого. Седьмого существенно избитым и с простреленными коленами привели несколько «городских охотников» из числа местных жителей, которые выследили его в пригороде с помощью собак-нюхачей.
Сдаваться гнида не собирался, оказал вооруженное сопротивление и при захвате успел снести голову собаке и убить одного человека. По совпадению — именно он надругался над женщиной. Видимо, почувствовал, что так просто насильника никто отпускать не собирался даже при добровольной сдаче. В моих рядах изнасилование, причем вне зависимости — кого, официально одно из самых тяжких преступлений, если доказано: предусматривалась смертная казнь с припиской — вне зависимости от былых заслуг и отпущений. Не способных контролировать свои инстинкты идиотов до этого момента просто не находилось.
Охотники за головами получили свою заслуженную награду, поделили и обрадованные ушли. Мне не жалко.
Казнь вышла показательной. На плацу собралось под двести человек, из которых почти половина были новобранцами; несколько десятков бойцов Луньес, пожелавших поприсутствовать, а также заключенные из числа бывших пиратов Филча, которых планировалось завербовать в будущем в первую очередь.
Я не стал особо лютовать. Сначала смертника подвесили, поскольку стоять на своих двоих он не мог, после чего к нему проковыляли двое бойцов с заплывшими лицами, кому не посчастливилось быть связанными с ним «штурвалом». Один — из сбежавших, но вернувшихся, другой… Просто не повезло, такое тоже бывает. Несколько минут смертника от души мутузили, словно грушу.
…Голову отрубать пришлось лично командиру группы, в которой числился дезертир. Его руки дрогнули лишь единожды.
Проняло многих. Почти все понимали, насколько в наших условиях это вынужденная мера. Не увидел ни одного лица, который бы получал удовольствие от увиденной казни. Задумчивость. Отвращение. Опаска. Страх. Одобрение. Осуждение. Принятие.
Также я выступил с небольшой речью, где еще раз напомнил всем, кто в данный момент «работал» на меня не по своей воли, что я оставил им жизни не просто так. Каждый должен пройти сквозь «очищение поступками» прежде чем оказаться на свободе или продолжить уже служить мне добровольно. Не забыл добавить, что следующие казни будут становиться жестче. Особенно если предательство совершится в ответственный момент.