– Да, но я не была уверена, что поступаю правильно, – со вздохом отвечала я. – Я не хотела потратить кучу времени и денег, чтоб в результате вернуть им его. Я почему-то была уверена, что верну мужа. Может, хотела просто попробовать, как это, жить с мужчиной. Ну плюс надо было распрощаться с девственностью. В школе, если переспишь с мужчиной, вернуть его уже нельзя. Они гарантируют чистоту и непорочность своих мужчин. Чтоб ты была у него первая и единственная.
– Боже, умом тронуться можно, – закатил глаза Кит.
– Как показывает практика, это работает безотказно, – пожала плечами я.
– Значит, ты хотела переспать со мной и вернуть? – спросил он, взглянув мне в глаза.
– Нет, – возмущенно возразила я. – Ты мне понравился. Конечно, я сомневалась, что оставлю тебя, ведь ты вел себя не лучшим образом. Но да, ты прав, прежде чем вернуть, я хотела с тобой переспать.
– Я никогда не сплю с женщиной в испытательный срок, – с улыбкой ответил мне Кит. – Так учит агентство. Иначе тебя всю жизнь могут просто пробовать и возвращать. А ведь нам положено задерживаться всеми правдами неправдами.
– Серьезно? И ты все эти годы в агентстве ни с кем не спал? – недоверчиво уточнила я. – А как же полгода назад?
– Спать не следует с госпожой, прислуга не в счет, – ответил он. – Но ты опять ушла от основной темы. Что было с твоим отцом? Если его не купила твоя мама, то кто? Ее подруга?
Я улыбнулась тому, как ловко он меняет неудобную для него тему.
– Нет, не угадал, – ответила я. – Кристофер спутал все планы своих покровителей. Он переспал с девушкой вопреки запрету школы. Она тоже ходила на курсы дизайна, которые посещал и он. Их тайный роман длился чуть больше месяца, пока на очередном осмотре не выяснилось, что она беременна. Она долго скрывала, кто был ее мужчиной. У него, как и у нее, были бы только неприятности. Но ее мать пошла на хитрость и пообещала, что позволит ей купить его и они смогут сохранить и ребенка и свою любовь. Девушке было шестнадцать, конечно она поверила и все рассказала.
– Кто была ее мать? – Кит напрягся, глядя перед собой в потолок.
– Она была министром обороны, – ответила я мрачно. – А ее жена одна из членов неоамазонской партии. Возлюбленная Кристофера была их единственной дочерью.
– Он что, совсем дурак был? – не выдержал Кит. Я понимала, что он переживает, от того и злится.
– Да, влюбился, – я пожала плечами и погладила его по волосам, чтоб он успокоился.
– Прости, – он улыбнулся.
– Я понимаю. Самой сложно представить, как можно быть такими беспечными, – ответила я. – Но все же они попались и были наказаны. Из «королевской школы» отца забрали прямиком в полицию. Матери девушки обвинили его в изнасиловании, шантаже и преследовании.
– Ох, боже, – поежился Кит.
– Девушка ничем не могла ему помочь, – я печально вздохнула. – Ее положили в лечебницу для душевно больных и прервали незаконную беременность. А отец ждал суда.
– Это самая мрачная история из всех, что я слышал, – Кит сел, глядя на меня и ожидая продолжения.
– Да, согласна, – я кивнула. – Не удивительно, что мне ее никто так и не удосужился рассказать. Бабушка и та долго отнекивалась.
– Но он выжил, да еще и попал к твоей матери, – поторопил Кит.
– Судья была человеком справедливым и не реагировала на требования амазонок казнить наглеца, – продолжала я. – Она тщательно изучала материалы дела и вызвала свидетелем девушку, несмотря на то, что матери приложили максимум усилий, чтоб не допустить этого. Девушка явилась в суд в таком плачевном состоянии, а отец был так потрясен тем, что с ней сделали родители, что всем и без слов и свидетельств стало очевидно, что там произошло. Оба дали показания, и все встало на свои места. Его оправдали и из тюрьмы перевели на биржу труда, где его могли взять работодатели или другие агентства. Девушка была еще несовершеннолетней и ее судьбой распоряжались родители. После такого громкого скандала они на какое-то время все уехали из столицы, а министр потеряла свой пост. Либералки очень выгодно использовали это дело, чтоб склонить императрицу на некоторые важные решения.
– А что было с девушкой? Она жива еще? – спросил Кит печально.
– Нет, она недолго прожила, – ответила я. – Год или около того.
– А Кристофер? – мой собеседник подсел ближе и взял мою руку в свои.
– Попал в какое-то второсортное агентство, – я посмотрела на наши руки, думая, как хорошо, что я не взяла какого-нибудь красавца в «королевской школе», а тоже пошла в простое агентство. – Но он был болен, тяжело все это переживал и его долго никто не брал. Мама не хотела брать мужа из дорогих, потому что не намеревалась завязывать с ним серьезных отношений. Она, как и я впрочем, хотела взять первого попавшегося, получить ребенка, и отправить его куда подальше, с глаз долой, чтоб Вик не чувствовал себя лишним. Но получилось немного не так, как задумывалось.
– Ну почти что счастливый конец, – подвел итог Кит.
– Да, и жили они долго и счастливо, пока в один черный день их не расстреляли повстанцы, – я опустила глаза, чувствуя подступающие слезы.
– Прости, я не то имел в виду, – попытался извиниться Кит, обхватив мои плечи и привлекая меня к своей груди. – Не плачь.
– Я не плачу, – отмахнулась я, чувствуя, как слезы побежали по щекам.
– Наоми, – он взял мой подбородок большим и указательным пальцами и приподнял, чтоб я посмотрела на него. – Я люблю тебя.
– Я знаю, – я улыбнулась сквозь слезы, взяв его руку в свою, и поцеловала его пальцы. – Я тоже люблю тебя.
– Давай пойдем куда-нибудь, – предложил он. – В клуб. Ты обещала мне.
– Хочешь потанцевать? – я погладила его по щеке.
Он кивнул.
– Я позову Мелани, ты не возражаешь? – спросила я на всякий случай.
– Конечно, нет, – Кит продолжал держать меня за плечи, ласково поглаживая кожу кончиками пальцев. – Почему я должен возражать?
– Ну, из-за того раза, – я опустила взгляд. – Я попросила ее не брать с собой Энджела. С ней будет только Алекс. Он нормальный парень. Вообще не понимаю, как он попал к Синди.
– Я ничего не имею против твоей подруги и ее наложников, пока они не лапают тебя и не выворачивают мне руки, – ответил Кит с прежней улыбкой. – Но, как я понимаю, этого больше не будет, так что не беспокойся.
Я не стала откладывать в долгий ящик и набрала номер Мили. Она ответила почти сразу. Как видно тоже только закончила обед и теперь убирала со стола посуду. Алекс помогал ей.
– Привет, – произнесла я, помахав ей.
– Привет, – она оставила свое занятие и присела на край стола, оставив работу на мужчину. – О, и тебе привет.
Девушка увидела, что рядом со мной Кит и поприветствовала его тоже.
– Добрый день, – кивнул он.
– Здравствуйте, мисс Вуд, – Алекс тоже учтиво кивнул. Потом друг друга поприветствовали мужчины, обменявшись короткими кивками. Наложник Мелани поспешил удалиться, чтоб не мешать нашему разговору.
– Как смотришь на то, чтоб через час встретиться в «Paradox»? – спросила я у подруги.
Та была немного удивлена, но явно обрадована моим неожиданным предложением.
– Я-то всегда рада выбраться в какой-нибудь клуб, – начала она. – Но там еще не была. Не знаю, что за музыку они крутят.
– Танцевальную, – я заговорщически переглянулась с мужем. Он понял, куда я собралась вести ничего не подозревающую подругу.
– Ну тогда ладно, – Мили задумалась. – Если на сборы всего час, я отключаюсь.
– Помни о моей просьбе, – сказала я на прощание.
– Я уже отдала его, не волнуйся, – заверила меня девушка. – Только Алекс. Если судьба велит мне быть с ним, кто я, чтоб противиться ей?!
Экран погас, опять появились клипы, и уровень звука в динамиках вернулся к прежней настройке. Во время разговора играющая музыка автоматически приглушалась, чтоб не мешать, а после возобновлялась.
– О чем это она? – спросил Кит, вернув руку на мое плечо. Пока я разговаривала с Мили, он вел себя прилично и держался на расстоянии. Наверное, думал, что следует быть сдержанным и не тискать меня на глазах у людей, уподобляясь наложникам. Меня умиляла эта его учтивость и галантность.