Я не стала смотреть. Я знала, что не выдержу этого зрелища. И потом, Кларисса Джонсон нужна была нам живой, а я чувствовала, что после просмотра не сдержусь. Что прямо из офиса поеду к ней, войду в комнату, мило поприветствую ее, а потом схвачу за голову и большими пальцами вдавлю ей глаза в череп. И мне было все равно, что со мной произойдет после. Я буду вгонять пальцы в ее глазницы, пока она не испустит дух от болевого шока и потери крови. Если удастся, я проделаю то же самое с мисс Лефевр. Чтоб больше они не могли смотреть на издевательства и смеяться. За то, что не просто поиздевались над Китом, за то, что засняли все и еще имели наглость хвастать этим перед другими потенциальными садистками. Я так замечталась, что даже почувствовала запах крови и услышала их предсмертные крики.
Дэниз смотрела на меня еще более бледная и напуганная.
– Наоми, – позвала она, – с вами все хорошо? У вас такое лицо.
– Какое? – спросила я, гневно раздувая ноздри и сжимая кулаки.
– Страшное, – ответила она. – Вы их убьете, да? Киллера нанять?
– Не сейчас, – ответила я, не реагируя на шутку. Вернее, не воспринимая ее как шутку. – Я прежде должна все узнать.
Она кивнула, тоже не смея и улыбнуться.
– Ты проделала большую работу, – проговорила я. – Я дам тебе месяц отпуска, когда все это закончится. Но сейчас еще раз изложи все, что было вчера на встрече, письменно. Файл перешли мне. Всю информацию по агентству, даже самую незначительную, тоже. Извини, что загружаю тебя этим сейчас, когда и без того много работы, но это не просто мой каприз, это все очень серьезно и важно.
– Наоми, ну что вы, я все понимаю, – ответила она, с готовностью поднявшись и сжав свой компьютер. – Это не шутки. Это агентство просто жуткое место. Я, конечно, никогда не была с мужчиной и не знаю, как это, но, по-моему, это все неправильно и жестоко. Они же живые, как можно так вот обращаться с ними?
– Так нельзя и это все незаконно, – согласилась я. – Мы прикроем этот бордель, а его владелиц…
Я не закончила, только губы поджала, вновь представляя себе, как буду медленно снимать с мисс Джонсон и мисс Лефевр полоски кожи, а раны посыпать солью. Как вдруг внезапная мысль, запоздалое воспоминание, ударило меня словно током. Мисс Лефевр, миллионерша, клиентка «Дженис и сестры», претендентка на Кайлеба. Я похолодела при мысли, что малыша Кая может ожидать такая же участь, как Кита. А Кайла еще отговаривала меня. Да после этого рассказа, узнав, на какие шалости способна мисс Лефевр, я Кая куплю, пусть за него десять миллионов запросят. Я продам контрольный пакет акций, но его выкуплю и не позволю этой сучке наложить лапу и на Кайлеба.
– Ты не узнала имя этой Лефевр? – спросила я Дэниз. Она была уже в дверях.
– Нет, я удивилась, что Кларисса вообще проболталась о ней, – ответила адвокат.
Я отпустила ее, взглянув на файл с записью. Он обжигал мне глаза своим красноречивым названием «вечеринка». У меня тоже была вечеринка. Девчонки, их наложники, выпивка. И мы тоже развлекались гнусным способом, пусть и не таким жестоким. Что подумал тогда Кит? Чего он ждал? Неужели умолял меня отпустить его, потому что решил, будто и я захочу вот так поразвлечься? И как он не убил всех нас утром? Как мог простить меня, полюбить?
Я набрала номер Натали, не прибегая к услугам Жанны.
– Да, – появившаяся на экране амазонка посмотрела на меня вопросительно. – Есть что-то интересное?
– Да, много чего, – отвечала я хмуро. Она, должно быть, догадалась по моему мрачному виду, что информация важная. – Я расскажу в двух словах, а письменный отчет отправлю позже.
– Хорошо, – кивнула Натали, тоже посерьезнев.
– И еще немного развлекательного видео, чтоб вы составили мнение о предмете разговора, – добавила я, пересылая файл непосредственно на ее компьютер.
Глава двадцать первая
Запись
За ужином я почти ничего не ела. Кайла, сидевшая напротив, тоже вяло ковыряла вилкой в салате. Она несколько раз пыталась завязать разговор, но я отвечала односложно и неохотно. Я не хотела обижать ее, но просто физически не могла сейчас вести непринужденную беседу. Весь день я вспоминала рассказ Дэниз и разговор с арестанткой. То, что у Кита была другая жена и ребенок, взволновало меня, то, чему он подвергся в агентстве, взбесило и повергло в шок. Немного отвлекла меня Синди. Она позвонила, когда я заканчивала дела в офисе, и уже собиралась ехать в «королевскую школу» на собеседование. Подруга рассказала, что Алекса устроили в новой клинике, доктор осмотрела его раны и назначила несколько операций. Сегодня утром провели первую, обработав шрам на лице и особенно опасную рану на ключице. Мой новый мужчина теперь спал. Его окружили заботой девушки из персонала больницы. Синди рассказала, что он уже стал всеобщим любимцем и вполне может обойтись без моих ежедневных посещений. Тем более что она сама частенько заглядывала к нему. Я понимала, что она делает это не из дружеских чувств ко мне, а потому что сама волнуется о бывшем наложнике. Жанна получила все документы и все оформила. Вскоре я должна была стать обладательницей второго мужа. Это немного успокаивало мою совесть. Пусть я не могу изменить того, что случилось с Китом, но могу помочь другому.
Кайла откашлялась, привлекая мое внимание. Я вздохнула, виновато взглянув на нее.
– Прости, я совсем выбита из колеи, – сказала я, пытаясь хоть как-то оправдать свое молчание и подавленный вид. – Сегодня полдня оформляла заявление в министерстве, потом в офисе завалили работой…
– Еще эта поездка в «королевскую школу», – закончила за меня подруга, глядя исподлобья. – Я же не дура, Наоми. Неужели ты думала, что сможешь скрыть это от меня?
– Я не намеревалась скрывать, – я опустила взгляд в свою тарелку. – Просто боялась, что ты вот так отреагируешь.
– Как? Я еще не высказала всего, что думаю по этому поводу, – возразила подруга, явно подготовив целую речь. – Бояться меня, конечно, не следует. Я тебе не мать и не сестра, но все же хочу сказать пару слов.
– Кайла, ты для меня больше чем сестра, – сделала я подлую попытку задобрить ее. Я даже рада была сейчас выслушать ее возмущенную речь. Мне нужно было хоть что-то, что смогло бы вытеснить из головы слова Дэниз, тот проклятый видеофайл, который так и лежал в моем компьютере. Мне нужна была крепкая пощечина, чтоб вернуться к нормальной жизни, а не сжимать ежеминутно кулаки в бессильной ярости, переполнявшей душу.
– Оставь свою лесть для другого случая, ладно, – попросила Кайла, одарив меня ледяным взглядом. – Я понимаю, ты одинока, ты потеряла любимого человека. Понимаю, что тебе нужен мужчина, чтоб выходить с ним в свет, чтоб помогал по хозяйству. Я даже могу понять, что тебе его просто жаль, ведь он в самом деле попал в переплет, но Кай!
Она всплеснула руками. Я радовалась, что с Алексом она смирилась. Значит, смирится и с Каем, главное, найти третьего. Моя мысленная шутка вызвала на лице только тень улыбки. Все мужчины Либры не заменят мне Кита. Никто и никогда не займет его место в моем сердце. Это просто невозможно, потому что мое сердце переполнено им, оно хранит все мгновения, которые мы были вместе, все его улыбки, поцелуи и слова. Кит всегда будет со мной в моем сердце, как бы глупо и банально это ни звучало. Вот когда начинаешь понимать всю эту романтическую чушь, когда ощутишь на своей шкуре, каково это, потерять его, одного единственного, любимого, смысл всей жизни.
– Он не убогий израненный наложник, брошенный на произвол судьбы, – продолжала негодовать Кайла. – Он не нуждается в твоем покровительстве и жалости. Пусть его купит Кэролайн Макалистер, дочь сенатора Макалистер, или Шарлотта Галлахер, художница. Она тоже творческая натура, поймет его. Да хоть та же Хильда Лефевр, у нее тоже денег куча, а постоянные мужчины только прислуга…
– Кайла! – оборвала я подругу, почувствовав все же пощечину, но не ту, которую хотела. Имя одной из сук, поиздевавшихся так гнусно над Китом, меня словно током ударило. Я ощутила самую настоящую боль во всем теле, в каждой клеточке, и просто взбесилась.