Но в какой товар?
А может, и правда эти мастерски расшитые заячьи тулупчики окажутся тем, что нужно.
Ему рассказали о них в Серенске.
Оказалось, что поблизости есть деревня, где живут необыкновенные искусницы. Они расшивают простые заячьи тулупы разноцветными узорами, и вдруг серая обыденная дешевая одежонка простолюдинов начина-ет выглядеть богато. и нарядно, будто прямо с княже-ского плеча. Кроме того, было у них еще одно досто-инство — они были не слишком длинными, как раз та-кими, чтоб не мешать легко садиться в седло.
А главное — они стоили здесь необыкновенно дешево.
Вот Манин и подумал: зима близится, народу муж-ского на войну с татарами съезжается много — а ну как на большом торгу в Боровске они нарасхват бу-дут — там и нерасшитые дороже, чем тут, а расшитые? Взял на пробу десяток — надо посмотреть, как пой-дут.
Странный глухой рокот в тихом осеннем воздухе прервал размышления Манина.
Он оглянулся и обомлел.
Прямо с вершины холма, откуда только что спус-тился по дороге его караван, на них катила целая ар-мия татарских всадников.
Манин не был трусом, но внутри у него все похоло-дело.
Ну вот, случилось!
Он ведь знал, что Ахмат идет? Знал. Все знали.
Но Орда не должна была прийти сюда — ее ждут на Оке. Как же это?
Манина сопровождали, как всегда, его верные слу-ги — Истома и Филат, да еще десять человек охраны, которых, как обычно, выделил ему Леваш.
О сопротивлении не могло быть и речи.
Всадники охраны, привычные ко всему, .мужествен-ные воины Леваша, молча взяли в кольцо караван из нескольких пустых телег, закрыли своими телами куп-ца и его слуг и приготовились к худшему.
Через несколько минут большой конный отряд дог-нал их и окружил.
Отрядом командовал на редкость высокий татарин с длинными усами.
Вид у него был очень дикий и свирепый.
Он молча сделал нагайкой жест, приказывающий охране расступиться.
Охрана расступилась.
— Ти кто? спросил он Манина.
— Купец, — ответил Манин.
— Аткуда? — спросил татарин.
Манин замялся. Он понимал, что для него было бы гораздо лучше, чтобы он был литовским купцом, купцом союзников. Ему изо всех сил хотелось соврать, но за пазухой лежала грамота, подписанная московским наместником в Боровске воеводой Образцом, и он по-нимал, что среди этой сотни наверняка есть кто-то, кто читает по-русски.
— Азиз не спрашивает два раза, — сладко улыбаясь, сказал татарин с большой черной родинкой на лбу.— Азиз спрашивает только раз.
Манин уже открыл рот, чтобы ответить, но было поздно.
Азиз взмахнул рукой, и тонкая длинная кожаная змея плети, рукоятку которой держал он в этой руке, взметнулась, как живая, в долю секунды со странным свистом долетела до Манина, крепко обхватила его шею, обвившись вокруг нее несколько раз, и вдруг с необыкновенной легкостью большое, грузное тело купца выпорхнуло из седла и, пролетев несколько ша-гов навстречу Азизу, грохнулось в дорожную пыль.
Прежде чем потерять сознание от сильного удара о землю, купец Манин успел увидеть невероятно синее осеннее небо над головой и такую же синюю, мельк-нувшую где-то очень далеко полоску Угры…
Хан Ахмат очень любил соколиную охоту и пользовался любым удобным случаем поохотиться — солнеч-ным днем, красивым пейзажем, хорошим настроением.
Сегодня все это совпало.
В отличие от покойного Богадура, Азов-Шах отцов-ского увлечения не разделял, и Ахмат вместо него пригласил с собой нового друга и партнера по шахма-там илчи' Сафата.
Но Азов-Шах, не желая обижать отца, попросился просто сопровождать его, не охотясь, и Ахмату это по-нравилось. Теперь они ехали рядом и неторопливо бе-седовали. Чуть поодаль, соблюдая дистанцию прили-
________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________-
1И л ч и — название чиновничьей должности и профессии посла в Зо-лотой Орде.
____________________________________________________________________________________________
чия, следовал гость — Сафат, а уже за ним сокольники и слуги. Разумеется, их сопровождал отборный отряд ханских телохранителей, но он привычно держался на почтительном расстоянии.