— Этот корабль доставит тебя в Акуру, — сказал Кен. — Назови им свое имя, и они возьмут тебя на борт.
— Спасибо, — сказала Люка и обняла Кена.
— Не за что. Ни о чем не беспокойся. Мы вытащим твоего папу. Скоро вы с ним встретитесь. Ступай.
Через несколько дней, кадры снятые Ильгой и Люкой транслировались всеми мировыми телеканалами. Международная общественность осудила действия полиции Цитадели. Журналистам, утверждавшим, что беспорядки были спровоцированы «пришельскими экстремистами», пришлось оправдываться, а доверие к галеонским СМИ было окончательно подорвано.
Эпизод 9 Свидетель
Если бы галеонские наемники сотрудничали с полицией, судьба Люки могла бы сложиться по-другому У галеонской полиции была единая биометрическая база данных преступников, должников, пропавших без вести и прочих находившихся в розыске лиц, поэтому узнать обо всех конфликтах человека с законом для полицейских не составляло особого труда. Однако, поскольку многие из наемников сами находились в этой базе, лишних контактов с полицией они предпочитали избегать. Почти за каждым из них числилась в лучшем случае стопка неоплаченных штрафов, а в худшем — несколько трупов. К тому же, полицейские ненавидели наемников по социальным причинам. Полиция была структурой государственной, и поэтому платили в ней значительно меньше, чем корпорации платили наемниками. Работали в полиции, как правило, те, кто искал спокойного места, боялся участвовать в боевых действиях и, возможно, хотел бы, но боялся приступить ради денег закон. Наемники же нарушали закон постоянно, получали огромные деньги, имели связи и благодаря этому иногда становились бизнесменами или уходили в политику, когда возраст уже не позволял им заниматься военным ремеслом. Полицейских же, как правило, ждали скромная пенсия и тихая старость в нижнем городе. Завидуя и чувствуя несправедливость, полицейские ненавидели наемников, и когда какой-нибудь из них попадался, полицейские вытягивали из него столько денег, сколько могли, понимая что, доведи они дело до суда, арестованный ими наемник все равно избежит наказания, а деньги за это получат другие люди.
Нику, Дага и Люку доставили на космическую станцию «Порт Галеон 4». Из всех арестованных наемники смогли идентифицировать только Нику и Дага. Поскольку они были гражданами Страны пришельцев, это было не сложно. Личность любого пришельца можно было установить по ДНК при помощи пришельского сканера, какие были в любой зоне таможенного контроля. С гражданами Галеона дела обстояли сложнее. В качестве удостоверений личности на Галеоне использовались магнитные карточки, которые граждане должны были иметь при себе. Биометрическую идентификацию использовала только полиция. Поскольку паспорта у Люки при себе не было, ее личность установить не удалось.
Ника пыталась скандалить — угрожала проблемами с правительством Алларии и правительством Страны пришельцев, требовала соблюдения ее прав, требовала отвезти их в посольство, но солдаты с каменными лицами вели себя так, как будто вообще не понимали, что она говорит. Даг несколько раз одергивал ее, предостерегая от оскорблений наемников. Он успокаивал ее, говоря, что все это временно, и галеонцы ничего не смогут им сделать, но Ника не сдавалась. Ника вела себя смело, но только Даг, зная ее хорошо, видел как ей на самом деле страшно. Ника понимала, что арестована по обвинению в терроризме в дикой стране, где суд на расправу скор, а народ жаждет крови пришельцев.
Люка, однако, была на удивление спокойна. Выражение ее лица было одинаковым и когда она встретила Джуту, и когда она вела ее через пустыню, таким же оно было и когда Люка вышла из ангара, где перестреляла с десяток человек. То же выражение лица у нее было и сейчас. По внешнему виду Люки совершенно невозможно было определить, что она чувствует в данный момент.
В транзитную зону станции вбежал офицер. Он скомандовал солдатам построиться и построить, как он выразился, «этих». Внезапно, Люка почувствовала, что ее как будто обдало ветром, но это был не обычный ветер. Он как бы пронизывал ее тело насквозь, и от него не спасала никакая одежда. Это было то ощущение, которое испытывали маги, когда приближались друг к другу. Офицер сильно нервничал — как будто сам президент должен был явиться с минуты на минуту. Магический «ветер» нарастал и уже достиг такой силы, что Люке казалось, будто приближается целый отряд колдунов, но вошла всего одна женщина. Это была та самая колдунья, что помогала Зэусу стать президентом. Ее глаза как обычно были закрыты черными очками, а через все лицо свисал тонкий светлый локон. Цокая каблуками в полной тишине, женщина подошла к офицеру, и тот вытянулся перед ней по стойке смирно так, что, казалось, сейчас разорвется напополам.