— Повернись влево, — сказала Никьян, аккуратно тронув левой ногой Дага под бок.
Ходить с фонарями на ногах оказалось ужасно неудобно. К тому же, колени Дага не совпадали с коленями скафандра, от чего приходилось переваливаться с ноги на ногу подобно пингвину.
— Теперь два шага вперед, — сказала Никьян и снова тронула Дага, но уже двумя ногами — Я обопрусь на тележку, чтобы тебе было легче.
Даг сделал два шага вперед. Скафандр был так устроен, что в нем можно было совершать только движения предусмотренные конструкцией. Из-за этого упасть в нем было достаточно сложно.
— Повернись чуть-чуть вправо, — сказала Никьян, тронув Дага ногой теперь в правый бок. — Стоп!
Никьян положила руки на тележку, и давление на плечи Дага немного уменьшилось. Стюард тем временем сам надел скафандр.
— Ну, что, пошли, — сказал он. — Держитесь за тележку, я буду вас тащить.
Почувствовав, что тележка движется, Даг быстро посеменил за ней.
Подреакторное помещение было похоже на строительные леса, прилегавшие вплотную к корпусу корабля. Металлический каркас, образовывавший длинный коридор был обтянут крупной сеткой по бокам и мелкой внизу. Колеса тележки сбивали с нее черну, которая, поблескивая инеем, быстро падала вниз тонкими струями. Сквозь негустой серый туман она падала на истерзанный корпус лайнера, обшивка которого была усеяна большими и малыми отверстиями круглой формы. Кромки некоторых были покрыты белым льдом из замерзшего газа. Кое-где из отверстий еще выходил воздух, унося в открытый космос обломки корпуса, предметы быта, одежду, оборудование корабля… Не было видно ничего, что могло бы стать причиной таких разрушений — как будто корабль, потеряв прочность, распадался на части сам.
На развалинах парка бушевал голлем. Имея собственное тело размера не большего, чем у амебы или огненного шара, голлем, как было свойственно демонам его вида, управляя гравитацией, налепил на себя тонны мусора и все валуны, из которых был выстроен огромный водопад. Из небольшого паукообразного существа демон превратился в каменного гиганта размером с трехэтажный дом. Метая гранитные глыбы, подбирая и снова метая, он пытался выбить из укрытий цирковых животных, разбежавшихся из своих разбитых клеток. Маленькие собачки и большие хищные кошки в панике метались от одной кучи обломков к другой, уворачиваясь от прицельно летящих в них камней. Однако давление падало, и, постепенно, одно за другим, животные на ходу теряли сознание, отдавая магию демонам. Обесточенные модули внешней оболочки корабля гасли, как будто исчезая бесследно, и, вскоре, огромный, еще недавно переливавшийся огнями шар полностью растворился во мгле. Лишь в самом его центре, под двумя слоями грузовых контейнеров, тусклые прожекторы еще освещали красноватым светом центральный реактор.
Стюард помог детям положить скафандр на спину, чтобы тем было удобней лежать, после чего сам присел рядом. Уставший Даг кое-как протиснулся наверх, чтобы осмотреться. Внизу, за решеткой, виднелась лишь черная пустота, а прямо над скафандром светил красный фонарь. Его свет, хотя и был противно тусклым, распространялся довольно далеко, обрываясь в том месте, где корпус корабля, закругляясь, уходил вверх. Рядом с фонарем назойливо белели цифры 417.
Время как будто остановилось, и минуты были неотличимы от часов. Красный светодиодный фонарь светил не мерцая; стюард сидел неподвижно и, по всей видимости, спал; пьяная девушка так и не приходила в себя. Не было ни звука, ни единого движения, и лишь по биению собственного сердца, отчетливо слышимого в полной тишине, каждый мог ощущать неспешный ход времени.
Даг испытывал неведомое ему прежде удовольствие от того, что чувствовал своей грудью дыхание Никьян, и от того, что имел возможность гладить ее по спине и ощущать уголком губ нежную кожу ее шеи.
«Четыре. Один. Семь… Четыре. Один. Семь…» — считала Никьян, уставившись в белеющую надпись. Сорвавшаяся слеза прокатилась по ее щеке и упала на щеку Дага.
— Не плачь, все будет хорошо, — тихо сказал Даг.
— Я хочу к маме, — всхлипнула Никьян.
— Ты обязательно ее увидишь, — сказал Даг неуверенно, потому что понимал, что лжет.
Вскоре, оба заснули. Во сне Никьян прижала голову Дага к себе, как будто это была ее плюшевая игрушка, и Даг старался не шевелиться, чтобы не разбудить Никьян. Уставшие дети крепко спали до тех пор, пока их не разбудил сильный толчок, за которым последовало ощущение, что тело становится все легче и легче. Даг проснулся первым и, приподняв голову, увидел, что на дверь шлюза в самом конце коридора откуда-то снизу падает луч света. Раньше его определенно не было. Даг попытался поднять голову еще выше, но источника света так и не мог разглядеть. За решеткой, где до настоящего момента была видна лишь темнота, отчетливо просматривались контуры грузовых контейнеров. Что-то излучавшее свет определенно находилось рядом с кораблем. Прямоугольная тень, появившаяся снизу, начала медленно подкрадываться к коридору метрах в шестидесяти от того места, где сидели дети. В конце концов, она коснулась корпуса, издав звук, который, пройдя по металлическому каркасу, попал в скафандры.