- Редкий случай, - Дарья приподняла бровь.
- На тот момент оба этого заслуживали. Настя с рвением бралась за любое дело, муж во всём поддерживал. Они оставались бы на Фонтанке по сей день, но... поездка на Камчатку поставила крест на всём.
- Так это тогда случилось? - врач округлила глаза, - Аркаша вскользь упомянул, но я не стала уточнять.
- Да, - Ольга поморщилась, словно зубы заболели, - полуостров до сих пор не стабилен, но в то лето особенно участились извержения и подземные толчки. После очередного землетрясения в заброшенной шахте открылась опасная жила. Порода источала столь сильную отрицательную энергию, что я была вынуждена оставить всё и переместиться в опасную долину. То, что увидела... так во многих книгах описывают ад. Не опишу, сколько сил я истратила, но источник был запечатан. На время я потеряла способность призывать латыри, а выход на поверхность завалило. Тогда я всерьёз пожалела об отказе от помощи. Кляла себя за самоуверенность.
- Как ты выбралась?
- Настя выручила. Она забеспокоилась, что меня долго не было, оставила сына с мужем, сама отправилась на Камчатку. Подруга разбила завал и помогла выйти. Когда мы почти добрались до поверхности, - Ольга закрыла глаза, - земля под ногами задрожала и провалилась. Я успела схватиться за выступ, но не удержала Настю, - набравшись смелости, Белая Леди посмотрела на Евгения, - ваша мать не пережила падения. Я вытащила её, но уже ничем не смогла помочь. Глеб покинул Петербург через день после похорон. Сказал, что не держит на меня зла, но обманул. Иначе бы не напал на Милу.
- Не вижу связи, - хмуро пробормотал юноша, - с таким же успехом он мог навредить любому Искателю. Не менять внешность и лететь вместо меня в Петербург, а придумать что-нибудь проще. Разве нет?
- Нет.
Соскочив с табурета, Женя отошел к окну. Хрустальный шар луны погрузил северную столицу гипнотический сон, и лишь особняк на Фонтанке остался неподвластен магии ночи. Маслакову нестерпимо хотелось распахнуть створки и закричать, только бы пробудить город от лживых грёз! Как сомкнуть глаза, если воображение рисует самого близкого человека, пронзающего ножом грудь беззащитной девушки?
- В голове не укладывается, как отец решился на убийство! Почему?
- Мила - моя дочь и наследница. Убить её, всё равно что убить меня.
- Что? - Женя обернулся так резко, что хрустнули шейные позвонки, - вы шутите! Быть такого не может!
- Может. Завтра она должна была заслужить пояс, и Глеб это знал.
- Это-то откуда? Как отец проведал то, о чём сама Мила не подозревала?
- Давным-давно он дружил с Толей и был свидетелем на нашей свадьбе. Встреча стала полной неожиданностью как для Насти и Глеба, так и для меня. Маслаковы единственные знали секрет и пообещали никому не рассказывать. Видимо, твой отец годами планировал месть и... уж не поэтому ли основал антикварную лавку? Чтобы легче было искать кристаллы? Хорошее прикрытие, должна признать.
- Я не знаю.
- Вижу. Иначе вас бы тут не было. Не знаете, среди предметов не было кинжала с крупным рубином в рукоятке?
- Был. Год назад отец привёз из Северной Ирландии. А что?
- Оружие принадлежало Марене, средней сестре Лукерьи, но было утеряно в веках. Это единственный способ убить Леди так, чтобы новая никогда не появилась. Кинжал выпил из Милы все силы, до капли. Другой наследницы у меня не будет, а это значит, я бы стала последней в главной ветви рода. Это он тоже где-то узнал, - вздохнула Ольга, - сейчас я делюсь с дочерью силами, иначе в положенный час она не пройдёт испытание Источника, что означает неминуемую смерть. Окончательную, на сей раз.
- И когда наступит этот час?
Мила открыла глаза.
- Уже наступил.
Не произнеся ни слова, девушка поднялась с дивана и, словно под гипнозом, медленно зашагала по оранжерее.
- Не прикасайтесь к ней, - Ольга шла следом, - ударит и не заметит. Сейчас мы для неё - всего-навсего бесплотные тени.