- Возьми, - женщина вытащила тесьму из косы, - моё благословение.
Третья лента. Понять бы, для чего они нужны.
- Скоро узнаешь.
- Спасибо за всё.
- Иди. Пять минут истекли.
Куда? Ответ прост и понятен.
Горы мерцали, словно высеченные из голубого льда. Морозные изломы очерчивали пики и ущелья, насыщенная синева окутывала холм, куда вход обычным людям закрыт. Всем, кроме потомков могущественных сестёр.
Орлова потянулась к хребту.
- Не суди её строго, - голос Лукерьи слабел, - она думала только о твоей защите...
Мгновения холодного плена, и мир поглотили тени. Рваные, они клубились подобно стае голодных воронов, каркающих и дерущихся за падаль, и не пускали вперёд. Не позволяли разглядеть дорогу. Стража? Или иная сила, не желающая пропускать чужака в священную обитель? Почему бы не существовать ещё одному (а то и многим!) потустороннему явлению? Пора привыкнуть, ведь знакомый с детства мир разрушился, когда ожил янтарный перстень. Встреча с Анной и Денисом стала точкой отсчёта новой жизни.
- Я не враг!
Сиреневый клюв царапнул по руке, и вихри успокоились. Свирепые птицы сложили крылья и уселись по обе стороны, выстроившись в живой коридор. Судя по затхлому воздуху и духоте, Мила попала в пещеру. Сон становился явью. Но в какую сторону идти? Не спрашивать совета у клокочущих защитников? Перья топорщатся, когти скребут по камням, налитые кровью глаза следят за каждым движением, словно Искательницу подозревают в дурных намерениях. Опасные существа.
Что-то обожгло затылок. В волосах девушка нащупала нечто тёплое и... трепещущее.
Бабочка.
- Вот куда ты исчезла, - выдохнула гостья подземелья, - лети!
Как в начале пути, Орлова шагала за огоньком. Едва она проходила мимо стража, тот превращался в каменную статую. Горгулья врастала в скалу, но в глазах-рубинах полыхали огни. Неверный шаг, и ворон, сбросив оковы, разорвёт чужака на части.
Покоя не давала мысль: что должен сделать враг, чтобы обойти смертоносных птиц? Это не люди, которых можно подкупить или договориться иным способом, это порождения... чего, надо спросить у Ольги Александровны.
Воздух остыл. Иней посеребрил последних стражей, а волшебная искра закружилась под сводами грота. Тёмного и пустого.
Кап.
Насекомое опустилось на выступ. Полыхнувший рисунок сжёг крылья и лучами сложной звезды рассёк скалу. Бабочка превратилась в печать.
Языки огня скользили по розе ветров. В такт сердцебиению природы, они разгорались и угасали. С лучей сочились капли, собираясь в ямке глубиной меньше щиколотки. Взрослому человеку напиться не хватит, хотя Мила не думала пробовать на вкус непонятную воду. Всё внимание приковал узор.
В мыслях раздался голос Лукерьи:
«Пять минут».
Так быстро?
До хруста Орлова сцепила пальцы в замок. Что теперь? Увидела сестёр, дошла до Солонны, но этого мало. Не спрашивать у горгулий, что предпринять?
Тишину потревожил «собачий» хохот. Казалось, свирепые истуканы читают мысли и потешаются над бестолковой гостьей.
Над источником взвился пар, скалу припудрил иней. Ледяная корка медленно ползла луже и по камню, сковывала струйки. Минута-другая, и она заморозит печать! Думай! Хочешь месяц провести в промёрзлой пещере в компании злобных статуй?
Нет! Вспоминай всё странное, что случилось! Наверняка подсказка в прошлом! Знаешь, просто забыла! Кажется, в утро дня рождения привиделся необычный сон. Не только смотрела на розу ветров, но и... Повторить, что сделала тогда? Если огонь сожжёт, словно спичку? И что сделать с лентами? Ох уж это воображение!
Нижний луч погас. Голова закружилась, стало трудно дышать, будто в подземелье выгорел кислород. Выбора нет. Драгоценное время истекает быстрее, чем песок в часах. Зря что ли на кинжалах дралась и поверила в будущее среди Искателей?
- Смелее.
Собрав остатки сил, Мила дотронулась до сердцевины.
И не смогла отнять руку.
Багровый, точно кровь, огонь кольцами опутал Искательницу. Сгорела одежда, зачадили ленты. Подарки сестёр тлели, дым язычками поднимался к сводам и... рисовал что-то? Словно продетые в ткацкий станок, струйки-нити переплетались в полотно. Закладка, оплётка и тесьма соединились в алый лоскут - наследие великих предков.
Пламенная ладонь опустила пояс к ногам девушки.
«Это частичка тебя. Исчезнет или появится, когда захочешь». - Донёсся певучий голос Виринеи.
«Испортить его невозможно. Но пробовать не советую». - Рассмеялась Марена.