Попов спокойно завладел им и, сосредоточенно разглядывая, заметил:
– Гражданин Советского Союза.
Куролесин улыбнулся: манера следователя вести допрос забавляла его. Мигунова же, напротив, строго глядела сквозь допрашиваемого на рукомойник.
– Лебедев Иван Сергеевич, – прочитал Попов. – Родился в 1945 году. Значит, вам 46 лет, – удивленно он спросил седого.
Лебедев подавленно кивнул.
– Итак, – начал Попов, скрещивая пальцы рук. – Расскажите, зачем вы так срочно пытались уехать.
– Позвольте, я объясню вам всё по порядку, – попросил седой.
– Буду очень рад, – любезно согласился Попов.
– Прежде всего, – начал Лебедев. – Объясню, зачем я здесь. Я, как частный детектив, выполняю просьбу моего друга адвоката Вавилова, он также друг семьи Рубцовых. Ну, знаете, Юля сейчас гостит здесь вместе с профессором Семеновым. Ее мать, Валентина Андреевна, попросила Вавилова навести справки о профессоре, а он перепоручил это мне. И вот, я здесь, – с лучезарной улыбкой закончил бывший Вьюгин.
Кирилл Александрович с минуту задумчиво разглядывал Лебедева, потом, наконец, произнес:
– Насколько я понимаю, у Зои Васильевны Рубцовой есть основания не доверять профессору?
– Видимо да, но мне это неизвестно, – ответил Лебедев.
– Дайте мне координаты матери Рубцовой и адвоката Вавилова.
Лебедев выполнил просьбу следователя.
– Скажите, вы знали некую Нину Анатольевну Покровскую? – теребя карандаш, поинтересовался Попов.
– Это убитая женщина?
– Верно.
– Возможно, я видел ее. Затрудняюсь ответить.
– Знаете ли вы что-нибудь, что могло бы пролить свет на расследование этого убийства?
– Ровным счетом ничего, Кирилл Александрович.
– В таком случае, – помедлив, сказал следователь. – Думаю, вы можете быть свободны, и уехать, если у вас будет алиби на вечер пятницы с семи до десяти вечера.
– В пятницу здесь был секретарь сельсовета Юганов и около девяти мы уехали с ним на машине.
– Секретарь какого сельсовета? – уточнил следователь.
– Утесовского.
– И он сможет это подтвердить?
– Спросите его.
– Ну, а с семи до девяти часов что вы делали? – не отставал следователь.
– Все время был на виду у Юганова, – твердо заявил Лебедев.
Новая пауза – новое решение.
– Можете быть свободны, – махнул рукой Попов. – Но имейте в виду, мы проверим вашу информацию. И если вы солгали… – тут следователь сделал страшное лицо, – вам придется туго.
Лебедев кивнул и направился к дверям, но выход неожиданно преградила новая фигура.
– Яков Арнольдович? – изумился следователь.
– Я был в сенях и слышал весь разговор.
– Но какого… – начал было Попов, однако замолчал, вовремя сдержавшись.
– У меня фотографическая память на лица, – пояснил Бецкий.
– И что мне с этим делать? – задыхаясь спросил Попов.
– Я знаю этого субъекта, – мрачно бросил Бецкий, кивнув на Лебедев.
– Откуда? – уже с любопытством спросил Попов.
– Я видел его в Ленинграде вместе с Покровской.
– Что?! – вырвалось у следователя.
– Только тогда он был лысый. Я видел их в кино.
– Что скажете, Иван Сергеевич? – сурово спросил Попов.
– Признаюсь, – хмуро сдался Лебедев. – Я вот для конспирации парик одел.
– Вот что, – решил Попов. – Отправляйтесь домой и приведите себя в свой естественный вид и тогда мы продолжим. Ольга Ильинична, проследите.
– Хорошо, Кирилл Александрович, – кивнула Мигунова.
– Вы, кстати, тоже можете быть свободны, Петр Аркадьевич, – обратился Попов к Куролесину.
Тот кивнул и вышел.
– Яков Арнольдович, – обратился Попов к Бецкому, когда они остались наедине. – Как по-вашему, сколь у них были близкие отношения?
– На счет интима – не уверен, но теплота присутствовала.
– А может еще кто-нибудь с Покровской проводил время? – скорее для проформы спросил следователь, не надеясь получить положительный ответ.
– Никишка, – как ни в чем ни бывало сказал Бецкий.
– Это еще что за фрукт? – выпалил Попов.
– Никифоров. Живут у нас в деревне. Давно он за ней приударял.
– Ну что ж, спасибо, – завершил беседу Попов. – Вы мне очень помогли. Скажите еще вот только: Покровский об этом знал?
– Думаю, догадывался, – пожал плечами Бецкий. – Да его это не шибко волновало, жену он держал в качестве прислуги, не больше.
– Значит, он не ревновал? – задумчиво спросил Попов.