– Я не заметил, точнее, не обратил внимания. А это важно, Таисия Игнатьевна?
– Безусловно, – вздохнула Сапфирова. – Видите ли, Андрей… Можно я буду вас так называть?
– Конечно, конечно, Таисия Игнатьевна.
– Спасибо. Так вот, пока непонятно, зачем она туда пошла – просто гулять, например, искупаться, с кем-то встретиться, сфотографировать пейзаж, зачем?
– А вы как думаете? – с любопытством спросил собеседник.
– В том-то и дело, что я не знаю, – пожала плечами Сапфирова. – Можно, конечно, строить догадки, но это же не достоверные факты. Есть, например, версия, что она выследила и сфотографировала браконьера, а потом пригрозила сдать его в милицию. Тот же, не дожидаясь разоблачения, убил ее.
– Почему же тогда она не сделала этого сразу, я имею в виду сдачу в милицию?
– Могли быть свои причины, опять же неизвестные нам…
– А что если у нее просто болела голова, как у меня частенько бывает, и она просто пошла погулять?
– Всё могло быть, Андрей, в том-то и дело. Взять хотя бы фотоаппарат…
В этот момент Сапфирова, повинуясь какому-то наитию, обернулась и обнаружила, что буквально у нее за плечом расположились профессор Семенов и Юля Рубцова. Они усердно делали вид, что с неподдельным интересом наблюдают за Цепкиной, стиравшей белье на крыльце своего дома.
– Подслушиваете? – насмешливо поинтересовалась Сапфирова.
– И не думаем, – фыркнул Семенов. – Что вы вообще себе позволяете?
Таисия Игнатьевна не ответила. Со стороны Смолянкова находился дом Бецкого и там тоже были слушатели, хозяин Яков Арнольдович и Виктор Евгеньевич Покровский.
«Еще и эти!» – раздраженно подумала Таисия Игнатьевна.
– Пойдемте, Андрей, – тронула она за плечо Смолянкова. – Расскажите мне о ваших новых гербариях.
– Такая наглость! – возмутился профессор, когда Сапфирова и Смолянков отошли на достаточное расстояние. – Сказать такое нам! Нет, эта бабка вконец обнаглела!
Рубцова ничего не ответила.
В то время, когда ничего не подозревавшие полянцы наслаждались очередным погожим летним днем, браконьер встретился с заказчиком.
– Последняя шкура пошла неплохо, – одобрительно произнес заказчик. – Вот, возьми, – отсчитал он деньги исполнителю.
– Спасибо, – поблагодарил тот, убирая свою долю в карман.
– Однако, есть проблемы, – нахмурился заказчик. – Это убийство спутало нам все карты. Какие ходят предположения?
– Основная версия, что это маньяк, но поди-разберись. Кое-кто считает, что это связано с нами.
– Вот черт! – выругался заказчик. – Теперь будет сложнее работать.
– Ничего, прорвемся! – ободрило браконьер.
– Не бахвалься! А что я слышал насчет какого-то фотоаппарата. Она тебя, случайно, не засняла?
– Нет-нет, а фотоаппарат я убрал от греха подальше. Там ничего про нас нет, всего-то фотки Собчака, Цоя да еще…
– Это неважно, главное – тебя там нет. А никто не заподозрит насчет того, что ты убрал?
– Кто же заподозрит, что вы в самом деле?!
– Ну, смотри. В случае чего, я тут не при чем, будешь сам отдуваться.
– Хотите выйти сухим? – усмехнулся браконьер. – Не выйдет, дражайший…
– Только без имен! – рявкнул заказчик. – Ладно, иди работай, да не забывай совмещать свой основной долг с нашими шкурными интересами.
– Вот-вот, именно шкурными, – рассмеялся браконьер.
Ленка Образцова удобно устроилась на скамейке неподалеку от реки Крутой. Рядом с ней опустилась Мария Николаевна Симагина. Предстоял доклад заместителя шефу.
– Ну, что там с женой профессора? – нетерпеливо поинтересовалась шеф.
– Задержана. Увы, мне не удалось подслу… послушать, – поправилась Симагина, – разговор следователя из Утесова, но факт достоверный. Отвезли ее в Лугу на опознание.
– Так, а что насчет Василия, кто его столкнул?
– Может, жена со своим парнем.
– Есть вероятность, – кивнула Ленка. – Еще что интересного?
– Приходил Брянцев. Похоже, ему нравится Рубцова, а профессор…
– Дальше, дальше, я в курсе, – нетерпеливо перебила Ленка. – Есть что-нибудь свеженькое?
– Ну вот, Никишку вернули из Утесова. Дудкин в очередной раз играл на барабане и был бит Цепкиной, у Демкиных окотилась их любимая Марта…
– Ну что ты всё ерунду мне излагаешь! – недовольно сказала Ленка. – Есть что-нибудь об убийстве, о браконьерах? Ну что тебя учить, ведь не первый день работаешь.
Симагина поджала губы. Ее обидел упрек.
– Нет, ничего нового. А у тебя?