– Это факт? – недоверчиво прищурился Сергей.
– Факт, факт, – кивнул Джон. – Можешь посмотреть массу источников – есть такой гнусный факт… Так вот пленные христиане, которые думали, что обмен – дело уже решенное, узнав о таком злодеянии, приготовились к смерти. Салах-ад-Дин был не из тех, кто прощал подобные преступления… Но Салах-ад-Дин пленных убивать не стал. Он привел свое войско к месту казни, не сказав ни слова, и войско долго стояло у тел казненных… А потом повел мусульман в атаку на Ричарда. Мусульмане после такого зрелища дрались, как львы, и разбили Ричарда наголову…
– Неприятный факт, – заметил Сергей. – Есть повод для… для нехорошего отношения.
– Нехорошего?! Хм… Мусульмане очень бережно хранят свою историю, не разделяя ее по континентальному и этническому принципу. Это их история – одна на всех. Так вот в свете этой истории, христиане – чудовища. Вспомни, что я рассказывал о Крестовых походах. В глазах мусульман христиане глупые, подлые, трусы, предатели, братоубийцы и отвратительные воины. Недочеловеки, в общем. Слабая раса, недостойная жить в этом мире.
И завершающий штрих – эпидемия в лагере Людовика Святого… Ну это уж совсем ни в какие рамки не укладывается! Символично, что это был последний Крестовый поход, после которого христиане оставили свои попытки отвоевать Святую землю. То есть обделались и убрались с глаз долой.
А в переложении на современный мусульманский взгляд, мало чем отличающийся от средневекового, это выглядит примерно так: немощный, дряхлый, подлый, выживший из ума старик подстерегает на деревенской улице молодого парня и набрасывается на него. Парень старика избивает, старик с завидным упорством возвращается и вновь принимается за свое. И чего только при этом не делает, чтобы достичь своей цели! И родственников своих – соседей парня – поджигает, чтобы досадить супостату, и идет на сговор со своими злейшими врагами – туповатыми родственниками парня, и детей своих уничтожает непонятно из каких побуждений! А в завершение, когда парень в очередной раз отдубасил старика, тот взял и… извини… обделался при всем честном народе! Жидко, обильно и вонюче… И только после этого, если будет допустимо так выразиться, наконец отстал от парня. И вообще перестал показываться на глаза – не смог позора вынести…
– Занимательно! – одобрил Сергей. – Вам бы книги писать!
– История уже все написала – куда мне… А эта притча вовсе и не занимательна, а отражает в полном объеме отношение мусульманского мира к христианскому. Я сказал – они бережно хранят свою историю и всячески смакуют подобные пикантные моменты. Христиане для них – помимо того, что я перечислил выше, еще и… извини… засранцы!
– Неприятно, конечно, но… не смертельно. Вообще, конечно, есть повод для особых отношений.
– Я бы сказал больше – есть повод для вечной кровной вражды и войны до полного уничтожения основных сил и обращения в свою веру оставшихся. Напоминаю – мусульмане не делят христиан на конфессиональные ответвления. Христиане для них едины. И теперь, когда мусульмане, как никогда, сильны, они исподволь, потихоньку, начинают… свои крестовые походы. Я недаром отнял у тебя столько времени, расписывая историю Крестовых походов… Они хитрее и не действуют напролом. Я был в Чечне и в первую, и во вторую войну, был в Израиле – буквально на днях вернулся оттуда… В Израиле, кстати, все в порядке – евреи всю жизнь воюют с мусульманами, и для них это не ново. Разве что сейчас война приобрела несколько иной размах и масштабы. А вот в Чечне… Это, друг мой, совсем другая история. Почему, скажи мне, царская Россия воевала с немногочисленными горцами-мусульманами с 1817 год по 1864 год – целых сорок семь лет? Отчего сейчас могучая Россия, имеющая огромную армию, вот уже восемь лет не может справиться с маленьким народцем?
– Вопрос странный, – Сергей пожал плечами. – Вы, как осведомленный человек, давно исследующий проблему, наверняка знаете подоплеку. У нас коррумпированное чиновничество, которое успешно подкупается диаспорой и имеет от этой войны дивиденды. У нас слабая, вконец разложившаяся армия, которая состоит в основном из необученных мальчишек. У нас органы правопорядка – нищие, зарплата у них такая, что даже странно, как они вообще умудряются выживать! У нас, наконец, просто нет политической воли, которая положила бы конец войне. Эта война многим нужна как мощный дестабилизирующий фактор, отвлекающий народ от проблем насущных, позволяющий решать личные проблемы правящих кланов и генерирующий качественную неприязнь к лицам кавказской национальности. Неприязнь – хорошая штука. Отвлекает, знаете ли, от вредных идей.«…Мы бы жили нормально, да вот эти чернозадые уроды все портят! Все рынки захватили, наших баб гребут, нашу жратву трескают, на иномарках ездят! А народ тут горбатится…»
– Приятно, приятно, – повторил Джон. – Очень приятно иметь дело с таким юным и образованным собеседником… но то, что ты сказал, объективно с точки зрения европейцев и русских. Христиан то есть. Без деления на конфессиональные ответвления. А что там у нас с точки зрения мусульман?
– А это общая точка зрения, – решительно заявил Сергей. – Общечеловеческая. Без деления на конфессии вообще.
– А вот и ошибаетесь, друг мой, – Джон потер виски и устало прикрыл глаза. – Да уж… как же вы все далеки от этого… Мы разные. Христиане и мусульмане – это не просто люди разных верований. Это – параллельные миры, существующие рядом в одном пространственно-временном континууме. Марсиане с рожками считают серную кислоту деликатесом и пьют за обедом наподобие хорошего вина. И дико удивляются, отчего это земляне кислоту не пьют. Уроды!.. Иными словами, то, что понятно и приемлемо в одном мире, для другого – нонсенс.
– Что вы хотите этим сказать?
– С нашей точки зрения, Россия проявляет гуманность и человеколюбие. Она пытается справиться с бандитами и при этом старается, чтобы не пострадал простой чеченский народ. Хотя подчас допускает такие ляпсусы, что мировая общественность криком кричит… А с точки зрения мусульман, Россия – слабый рыхлый старик, который не может справиться с маленьким гордым мусульманским народцем…
– Метафора. Иносказание.
– Это не метафора – это реальность. Вот поэтому я и говорю: мусульманский крестовый поход. Чечня – авангард. Разведка боем. Если христиане не в состоянии справиться с маленьким народом… То какова будет их судьба, если весь мусульманский мир – могучий, сильный и беспощадный, встанет под ружье?
– Мы толчем воду в ступе, – не выдержал Сергей. – Что, по-вашему, мы должны делать в свете всего вышесказанного?
– Я скажу… Но сначала я хотел бы знать твое мнение. Что, по-вашему, вам следует предпринять? – Джон внимательно посмотрел на юношу и даже как-то весь собрался, ожидая ответа.
– Воевать с мусульманским миром мы не собираемся, – покачал головой Сергей. – Это глупо, преступно и нецивилизованно… Я вижу выход в другом. Среди растущего поколения, уже начинающего забывать извращения тоталитарного режима, есть немало светлых голов. Пиво – это не наша национальная идея. Тут вы не правы…
С каждым днем становится все больше людей, которые догадываются, что спасти Россию можно не лозунгами и ненавистью к инородцам, а чем-то иным… Например, каждодневной кропотливой работой, образованием, преемственностью у «загнивающего Запада» не только колы, хот-догов и чипсов, но и самых прогрессивных идей. Уже сейчас среди нашего поколения немало господ, которые прекрасно понимают, что нужно производить продукт и продавать его, а не торговать сырьем и покупать тот же продукт из этого сырья на Западе…
В общем, я не могу сразу с ходу и всеобъемлюще сформулировать это, но… Мое поколение почти готово… Нам нужно окончательно отряхнуть дурное наследие коммунистов, выпрыгнуть из пивного морока, обучиться и просто – работать. Работать, работать и работать. Над собой, над сферой экономики и производства, над культурой своей…
– Учиться, учиться и учиться… – пробормотал Джон. – Как завещал великий Ленин?!