- Благодарю. Оставьте нас.
Я присела на край кровати и просто смотрела на Равэна. Серебристые волосы сейчас были серыми от пепла, его светлая кожа была мертвецки бледной, но лицо, все таким же красивым, как и всегда. Он вообще слишком красив для северянина. Обычно у северян более крупные черты лица и более грубые. Равен же обладал довольно уточненными, скорее аристократическими чертами. А его глаза, удивительно глубокого изумрудного оттенка сейчас были закрыты. Я взяла его за руку, прислонилась свои лбом к его и прошептала: «Ну где же ты. Возвращайся скорее, я тебя жду».
- Ваше Высочество! - еле смогла проговорить Мицелла от того, как запыхалась, ворвавшись в палату и нарушив наше уединение.
- Ой! Прошу простить меня! Но король – консорт требует Вас! Немедленно.
- Передай, что я неважно себя чувствую, уже ночь, лекарь велел мне отдохнуть. К отцу, тете с дядей приду утром. Что с покоями?
- Вас решили разместить в ваших детских, в тех, которых вы жили до того, как захотели съехать из королевского крыла. Я туда уже отнесла остатки ваших вещей. Кое – что сохранилось. Почистить успела не все, но зато многое уже успела приготовить! Я верила и ждала вас Ваше Высочество!
- Не сомневаюсь Мицелла, спасибо. Я посижу здесь пока он не проснется, жди нас в покоях и приготовь мне…
- Ваше Королевское Высочество Наследная принцесса Аида прошу проследовать с нами. Король – консорт ожидает Вас.
Вошедший гвардеец из личной охраны короля – консорта, озвучив мне все это жутко нервничал.
- Я так понимаю вам приказано привести меня силой, если потребуется?
- Ваше Высочество прошу Вас.
- Конечно, не беспокойтесь, идемте.
- Спасибо Ваше Высочество!
Малый зал, который я с некоторых пор и по понятным причинам не любила встретил меня гробовой тишиной.
Отец сидел на троне и угрюмо смотрел в одну точку.
- Оставьте нас! - рявкнул на стражников отец.
- Явилась. Где была? Хотя можешь не отвечать. Мне не интересно. Ты в очередной раз доказала мне и Советам свою несостоятельность и неготовность стать королевой. Тебя не было в самый нужный момент, а я тут вынужден был со всем этим разбираться.
- Ну и как, разобрался?
Отец не обратил внимание на мой тон и продолжил.
- Завтра в присутствии знати и Советов будет оглашен Особый указ, согласно которому ты отправишься на обучение в Горную академию. Твой сивэль жив?
- А ты бы хотел, чтобы умер? Постой. Я?
- Да, ты отправишься в Горную академию, а твой сивель на несколько месяцев отправится на границу в качестве наказания, отточит свои боевые навыки, затем присоединиться к тебе в Горной академии. Вопрос о твоей коронации отложен до лучших времен.
- Ты не можешь этого сделать. Ты не можешь лишить меня сивеля, это незаконно.
- Это все, что ты услышала и тебя волнует? В первую очередь ты должна была думать о короне, а не о нем! Глупая девчонка! Кто только додумался власть передавать вам! Идиотка! Вон! Стража! Проводите ее Высочество в ее новые покои! Точнее старые.
Напоследок отец хохотнул, да так злобно, что я вообще стала задумываться, что я его совсем не знаю.
Шли мы молча. Один гвардеец впереди, двое слева и справа от меня и один сзади. Когда мы почти дошли до наших детских покоев, я дышала все тяжелее, готовясь столкнуться с тяжелыми воспоминаниями и возможно, этой ночью с кошмарами, которые теперь будут посещать меня чаще обычного в этих покоях. Поэтому я не заметила, как гвардейцы остановились и я чуть не врезалась в главного. Я их знала не очень хорошо. И не всех по именам. Поэтому то, что прошептал главный среди них гвардеец, обернувшись ко мне, несказанно удивило меня.
- Наша Королева! У меня всего одна минута, чтобы вам сказать самое важное. Если кто-то это услышит нас казнят. В нашем королевстве настали темные времена. Я только хочу, чтобы вы знали, что личная гвардия короля, королевская стража и часть армии на вашей стороне, вам достаточно будет лишь передать мне, что вы готовы. И мы умрем за вас. У меня есть еще очень важная информация для вас, но я не могу передать ее сейчас. Я найду вас в ближайшее время.
Затем гвардейцы прижали согнутые правые руки кулаком к сердцу со словами «Королева!», открыли мне двери, впустив меня и удалились.