Страшила задумчиво кивнул.
— Ты же совсем не занималась физическими упражнениями, когда была человеком?
— Ну как сказать, — отозвалась я уклончиво. — Я старалась не ездить на наземном транспорте, много ходила пешком. Временами на меня нападало желание заниматься спортом, но очень редко. В основном предпочитаю статику.
— Статику?
— Ага. Например, складываешь руки за головой и удерживаешь на весу спину и прямые ноги, так чтобы они образовывали угол. Чем острее он будет и чем дольше ты пробудешь в этом положении, тем лучше.
Страшила тут же улёгся на пол и попробовал.
— Не совершай моих ошибок, — заметила я. — Конкретно это упражнение я в своё время пробовала, соблазнившись кажущейся лёгкостью. И потом у меня три дня адски болел пресс.
Страшила молчал.
— Интересные у вас упражнения, — сказал он, когда наконец посчитал приемлемым для себя расслабить мышцы. — Плиометрические, статические… Странно, вот несложно же, казалось бы: хлопнуть в ладоши, когда выжал себя вверх. А почему вы до этого додумались, а мы нет?
— О, это только малая часть накопленного человечеством наследия, — заверила я кичливо. — Я-то ведь не специалист по фитнесу. Плохо, кстати, когда человек решает выполнять упражнения, им не являясь. У меня вот знакомый для пущего форсу отжимался на пальцах. Сначала на двух на каждой руке, потом на одном. Смотреть отвратно было.
— Дикость какая-то, — мрачно прокомментировал Страшила, посмотрев на свои собственные пальцы. — Ну, ясно же, что суставы пальцев не могут поодиночке вынести вес тела. А если и смогут, пользы от этого не будет. Сломал?
— Нет, не сломал, но ты абсолютно прав. Просто действительно жутко даже представить это. Смотри не попробуй!
— Нет, Дина, не волнуйся, мечник пальцы бережёт, — заверил меня Страшила со смехом.
— Ещё батя иногда подтягивался на двери, — вспомнила я. — Вот открой дверь, зацепись руками за верхнюю часть и подтянись.
Дверь в коридор отворялась наружу, так что Страшила открыл дверь в душевую.
— Боец, а петли крепкие? — спросила я с опаской. — Просто однажды дверь батю не выдержала, и он упал, — я невольно засмеялась, вспомнив, как злобно ругался отец, стоя над сорванной дверью. — Он всё хотел прибить перекладину в дверном проёме, и ему всегда не хватало на это времени.
Петли выдержали, но они оказались слишком хорошо смазаны, поэтому дверь, когда Страшила рывком подтянулся, с грохотом впечаталась в стену. Хорошо ещё, что её задержала другая стена, так что при виде сверху дверь с размаху образовала гипотенузу прямоугольного треугольника с катетами из стыка стен, и пальцы моего бойца не пострадали. Пробовать второй раз он почему-то не стал.
— Говоришь, перекладину в дверном проёме?
— Ага. Металлическую.
Страшила потрогал пальцами стену.
— А как её прикрепить? — скептически спросил он.
— Мы просверлили перфоратором дырки и закрепили шурупами в дюбелях, — объяснила я, тоже рассматривая стену, на вид казавшуюся каменным монолитом, который будто бы и в самом деле воздвиг своим словом бог. — Но здесь такое, понятно, не сработает. А у вас совсем нет перекладин, турников?
— Кольца есть. На цепях. Но мы зимой на них не тренируемся: они стальные, только руки калечить.
— Кольца? — с уважением протянула я. — Круто, а что ж ты молчал? И что ты умеешь? Крест умеешь?
— Умею, в основном его-то от нас и требовали, — ответил Страшила, как нечто само собой разумеющееся. — И вообще силовые упражнения.
Я тоненько поверещала от восторга.
— Это же сложно!
— Знаешь, у нас говорят, что учиться читать сложнее, — проворчал мой боец, и я засмеялась. — Я туда не хожу сейчас, потому что уже холодно, а кольца у нас находятся внизу в лабиринте, и за них на таком холоде очень неприятно хвататься. Опять же, делать упражнения в куртке неудобно, так что её приходится снимать. Когда ты несовершеннолетний, это нормально: рядом куратор, да и вообще нападать на ребёнка бесчестно. А с четырнадцати лет и тем более взрослому надо вести с собой друга, а лучше двух, чтобы они стояли рядом и были готовы защитить тебя, если что. Мы так ходили с друзьями.