— Вы как крабы, — проворчала я. — Раки-отшельники в своей раковине: снял куртку и думаешь, что беззащитен перед зубастыми пастями. Да люди-то адекватные, не все щуки-барракуды, есть и добрые китовые акулы, и дельфины. Ладно, это ваш менталитет. Я тогда буду твоя актиния.
Страшила молча смотрел на меня, и я поняла, что ему, прежде чем он меня поймёт, нужен хотя бы базовый курс зоологии, и лучше бы не проводить пока красочных аллюзий, а то он, чего доброго, решит, что я тут матом ругаюсь. Какой же всё-таки классный у нас мир: хочешь — книжки про всех этих морских монстров читай, хочешь — передачи смотри, хочешь — лично с аквалангом погружайся!
— Я в бассейн очень люблю ходить, — вспомнила я. — Лучше всего в открытый — зимой, вечером, когда уже темно. Причём я смотрела прогноз погоды по часам, чтобы не было ветра и шёл снег. Представляешь, плывёшь в тёплой воде, выныриваешь и запрокидываешь голову — а над тобой тёмное ночное небо, и тебе на лицо падают снежинки. Кайф!
Я чуть не сказала «звёздное ночное небо», но вовремя догадалась, что в таком случае снежинки с него падать не смогут. Просто действительно, когда смотришь наверх, такой лёгкий, кружащийся снег кажется звёздной россыпью…
Страшила чуть смутился.
— Я плавать не умею, — признался он, поколебавшись.
Я не удивилась: и на Земле не во всех странах плавание развито так, как в России. Причём не надо думать, что неумение плавать связано только, например, с обилием пустынь или степей на территории страны; многие жители Апеннинского полуострова, буквально нежащегося в благодатных тёплых морях, плавать не умеют. Они даже говорят про морские купания — fare i bagni, то есть принимать ванны (в смысле, морские). А для слова «плавать» у них есть глагол nuotare, и, как рассказывала наша преподавательница итальянского Татьяна Романовна, если сообщаешь, что ты сегодня плавал, то у тебя ещё и благоговейно уточнят: «Вы умеете плавать?»
— Да вам это и не надо, — отозвалась я вслух. — Хотя для общего развития неплохо было бы завести в лабиринте маленький бассейн. Мало ли что случится в жизни: вдруг потребуется перебраться через реку. У вас в монастыре совсем негде научиться плавать?
Страшила покачал головой.
— Можно попробовать летом отправиться к тому озеру, — сказал он. — Если ещё никуда не распределят. Вообще-то больше, чем на сутки, уходить из монастыря нельзя, но тут нигде точно нет водоёмов.
— В акведуке поплаваешь, — сострила я. — Обвяжем тебя верёвкой за талию, чтобы не унесло течением и не выплюнуло кому-нибудь из крана.
— Ну разве что когда станет тепло, — засмеялся Страшила. — Туда можно проникнуть, некоторые в нём купаются летом, где открытые участки.
А потом эту воду кто-то будет пить.
Мой боец зевнул.
— Всё-таки потренируюсь, — объявил он. — Согреюсь хотя бы.
Вот это условия для жизни: отжимаешься и идёшь в душ, чисто чтобы согреться.
Страшила, вернувшись, заслонил ёлки ширмой, снял сапоги и улёгся на матрац. Он закрыл глаза, а я уставилась в окно. Было ещё рано, всего девять, то есть, по местной системе, час до полуночи. Небо, впрочем, уже потемнело, и на нём виднелись звёзды.
Вот знать бы, может, среди них есть моё родное Солнце? И оно, может быть, яркое, хорошо различимое? И называется как-нибудь странно… Найральзаурак?
Я вообразила себя одинокой кометой, которая летит в холодном космосе, влекомая беспощадной орбитой, и ждёт с нетерпением, когда приблизится к Солнцу. Вот она проходит сквозь облако Оорта, а вдалеке — Pale Blue Dot… если не знаешь, что это Земля, и не поймёшь. Вот комета летит мимо планет и астероидов, может быть, для пущей потехи проносится через кольца Сатурна… «Ну, здесь я переборщила, — трезво заметила я себе, — но, с другой стороны, комета ведь у меня воображаемая, ведомая не только своей орбитой, но и моим непутёвым разумом. Она способна на всё, что угодно».
Я представила себе Землю издалека, этаким классическим снимком Blue Marble. Рядом с ней — серебристо-серую поверхность Луны, похожую на блинчик. Рыба-луна, что плывёт в необъятной дали… Космонавты на МКС, может быть, сейчас не спят…
Что, интересно, творится дома, на моей дорогой Земле? Что в России, на Украине? Вдруг у нас разразилась ядерная война, а я об этом ни сном ни духом?