— Область рикассо, которая непосредственно соприкасается с виском, заточки не требует, и да, там внешний слой делается из стали, которая меньше ржавеет, — объяснил Цифра.
— А вообще удобно носить мечи вот так на плече?
— Носить-то удобно, — отозвался Страшила, подозрительно скосив на меня глаза, — только почему ты говоришь, что на плече? На надплечье. Ты кем была до того, как тебя кинуло в меч?
— Человеком, представь себе. И у меня были вполне человеческие плечи. Как у тебя, только покрасивее.
— Человеком, — с явным скептицизмом повторил Страшила. — Что ж, тогда ответь, что у тебя было между шеей и плечом.
— Честно говоря, не уловила сути вопроса, — сказала я, подумав.
— Вот это — что? — монашек резко постучал себя по плечу, даже не пытаясь скрыть недовольство; а меня злило, что я не могла понять, чего он добивается.
— Это и есть плечо. Когда-то плечи у нас назывались раменами, но вряд ли ты спрашиваешь об этом.
Страшила с раздражением сорвал меня с плеча и прислонил к ближайшему стволу дерева: это, к счастью, была не ёлка, а тополь, если судить по листьям. Цифра смотрел на нас с неодобрением.
— Это — предплечье, — выплюнул Страшила, сжав пальцами предплечье другой руки. — Это — плечо. А это надплечье. На нём носят меч. Понятно?
— А у нас ваше надплечье называется плечом, а плечо… — я замялась.
В правильности моих слов меня заставило усомниться понятие «кредитное плечо», которое имело смысл, только если прав был Страшила. То же самое касалось плеч интерферометра LIGO, где, насколько я помнила, недавно обнаружили-таки гравитационные волны. А потом мне припомнился урок биологии, на котором учительница действительно говорила что-то такое про плечи и надплечья. А может, она ничего такого и не говорила, а это воспоминание только что достроил мозг. Хотя мозга у меня теперь не было, и я не очень-то понимала, каким образом может произойти искусственное формирование несуществующих воспоминаний.
— Да, наверное, ты прав, у нас тоже так, — признала я и, чтобы скрыть смущение, взъярилась: — Можно было и другим тоном сказать, клерикал-недоучка! Стихарь свой грязный поправь!
— Молодчины, — скрипуче похвалил нас Цифра. — Вот так воин и должен разговаривать со своим мечом. А меч ему — именно в таком тоне отвечать. Ты её побольше оскорбляй, Страшила. Она тебя тогда в бою точно не подведёт.
Монашек хмуро отвёл глаза.
— Да можно подумать, от меня в бою что-то зависит, — проворчала я. — Он потому так себя и ведёт, что понимает это. На старших по должности небось не кричит. На того же магистра повысить голос кишка тонка. Да даже на тебя, Цифра! А на мне вот сам бог велел оторваться. Браво храброму воину!
Цифра чуть склонил голову набок и посмотрел на меня.
— Дина, Страшила не всегда такой, — сказал он серьёзно. — Говорить так непедагогично, конечно, но это правда. И сердце у него доброе. Просто любого кандидата изматывает подготовка к экзамену и посвящению. Я вот, помнится, своему куратору в столовой, полной народу, выплеснул в лицо стакан воды.
— И что было? — с интересом спросила я.
Мне мигом представилось, что это я выплёскиваю своему научруку в лицо чай с лимоном в ответ на вопрос о том, как продвигается написание диплома. Моего научрука боялись все младшие курсы факультета, потому что он, в душе очень милый и добрый — хотя и требовательный, — сознательно позиционировал себя как зверя, отвлекая тем самым внимание от своей молодости. Я тоже, признаться, не сразу раскусила его, а раскусив — решила сочинять диплом именно под его руководством, чтобы его зловещая аура местного Северуса Снейпа мешала мне, если вдруг я вздумаю прокрастинировать и отлынивать от работы.
— Ничего, — недовольно ответил Цифра. — В том и дело, что ничего. Он-то понимал, что я был не в себе, а вот мне потом было очень стыдно.
— И дальше что было? — хмуро поинтересовался Страшила.
— Дальше… Когда у меня мозги встали на место, пришёл в эту же столовую в то же самое время и громко извинился перед ним.
— Да Цифра, ты понимаешь, в чём дело? — взорвался Страшила. — Она же вообще ничего не знает и не умеет. Что такое надплечье — не знает. Что такое рикассо — не знает. От финтов её мутит…