— А что?
— Просто если нет, то я пойду возьму масло.
— Лежи уж! — звякнула я сочувственно. — Авось не заржавею.
— Ну, как это «авось не», если заржавеешь? — хмыкнул Страшила. — Да и после того, как дотронулся, тоже надо протереть.
Он поднялся и подошёл к тумбочке. Я смотрела на него, и снова передо мной всё расплывалось. Я даже не пыталась сдержать слёзы: знала, что это было бы бесполезно.
— Дина, ну что ты опять? — с упрёком сказал Страшила.
— Прости, — плача, звякнула я.
Он снова прижал меня к себе. У меня просто душа рвалась на части от отчаяния и осознания собственной беспомощности.
— Ну успокойся, — уговаривал меня Страшила. — Со мной всё в порядке. Мне даже не больно было, честное воинское. Да на тренировке, бывает, доставалось сильнее. Работали аккуратно, в меня вообще-то немалые средства вложены, кому нужно меня калечить? Вот если бы ты заговорила или расплакалась, наверное, было бы плохо.
На самом деле, я видела по Страшиле, что у местных костоломов сегодня действительно была лайт-программа: я знала, как может выглядеть человек, над которым планомерно издевались хоть в той же российской полиции, и какой у него после этого может быть взгляд. Но это не отменяло моей бессильной ярости, что людям вкладывают в головы дурацкие установки, так что они, вместо того чтобы искать адрес и телефон Европейского суда по правам человека, рассуждают о том, что «работали аккуратно», и ещё и гордятся собой, что им было не больно.
— Но спокойно звенит за окном, — подытожила я наконец, выплакавшись, — то погаснув, то вспыхнув снова, железное слово: «республика».
— Аминь, — серьёзно добавил Страшила. — Давай спать.
Он положил меня в держатель, выпрямился и принялся расстёгивать куртку; а потом вдруг вполголоса выругался и попытался запахнуться, крутанувшись на каблуках, но я уже увидела у него на свитере пятна крови.
— Что же ты говоришь, что с тобой всё в порядке?!
— Потому что правда всё в порядке, — горячо заверил меня Страшила. — Со стороны могло казаться жутковато, но вообще-то это ерунда! Понимаешь, рассчитано не на то, чтобы воздействовать на меня, чтобы там, скажем, узнать информацию: скорее на то, чтобы произвести эффект на стороннего, как ты говоришь, наблюдателя. Причём на не очень сведущего и… м-м-м… мягкосердечного наблюдателя. Они в основном психологически давили: вот это действительно делали с умом.
Наверняка здесь и особые протоколы есть для таких случаев, вроде того, что использовал скотина-магистр перед посвящением. Какой он, к чёрту, Хаммаршёльд, благородный ооновец? В генерал-лейтенанты МВД его, к Сергею Аренину и иже с ним!
— А чего ты тогда гордишься, что молчал, если это была ерунда? — обозлилась я. — Не считай меня дурой! Я, может, и истеричка, но два и два сложить могу!
— Да я не горжусь, просто в первый раз всё равно страшно, — признался Страшила, поколебавшись. — Не знаешь заранее, можешь ли ты хоть что-то выдержать или сразу сломаешься. Обычные-то травмы — это одно… И поскольку я-то точно знаю, что это была ерунда — и знаю, что могло бы быть, если бы работали всерьёз, — то страшно: вдруг ты даже этой ерунды и не выдержишь молча.
Я лишний раз убедилась, что живу в одной комнате с абсолютным психом.
— А какими они карами загробными грозили! — Страшила мечтательно закатил глаза и даже поцеловал кончики пальцев, как восточный продавец, расхваливающий товар. — Что ждёт меня и тебя, если не сотрудничать со священным трибуналом. С такими подробностями, будто они сами их сочиняли.
— А кто же ещё.
— Да знаю я, — вздохнул Страшила. — Я в тот момент боялся, что ты не удержишься и станешь их вашей космологии учить…
— Бисер ещё метать… перед свиньями… — процедила я. — И что нас ждёт-то, даже интересно?
— Карцер небесный, — доверительно ответил Страшила, и, несмотря на мои расстроенные чувства, мы оба засмеялись.
— Иди свитер переодень… Стой!! А ты сознание в ванной не потеряешь?
— Я — сознание потеряю?! Да с чего?
— Ты бледный очень, — угрюмо объяснила я. — У тебя голова не кружится? В ушах не шумит? В больничку вашу сходи!
— Да ну тебя, — отмахнулся Страшила.
— Ты на меня не маши граблями! — мигом взъярилась я. — Ты почему до сих пор даже не переоделся?! Заражения крови ждёшь, что ли?