— Ничего, — отозвался Страшила. — Отца, видимо, ещё раньше не стало. А может, его и вовсе не было.
Я проглотила реплику о том, что это только у Энакина Скайуокера не было отца. «Ты прав — не знаю, где рождён, кто мой отец и жив ли он, — меланхолично процитировала я про себя. — А интересно было бы узнать, кто батюшка Страшилы. Хотя бы чтобы не наговаривать на него зря. Ну или посмотреть в его бессовестные глаза».
— Боец, а где у вас хранятся личные дела?
Он потрясённо посмотрел на меня:
— Нет, Дина, даже не думай! Там три стражника всегда у входа.
— Стражников можно отвлечь, — заметила я. — Скажем, дракой заранее подговорённых товарищей.
— Каких товарищей, Дина? И кого подставлять будем?
— Да не надо никого подставлять! — возмутилась я. — Товарищи просто убегут до того, как стражники их поймают. Кто у тебя из друзей самый лихой и быстрый?
— Хоть один-то всё равно останется у двери, — скептически заметил Страшила. — И даже если вдруг все отойдут, что они подумают, когда увидят, что их совершенно явно пытались отвлечь? Дина, даже не уговаривай.
— Меня, друг мой, не волнует, что они подумают, — отрубила я, — потому что у вас там, полагаю, настолько огромное количество этих личных дел и прочего бумажного хлама, что выявить кражу одной жалкой папки будет просто невозможно. К тому же мы быстро вернём её обратно.
— Придём и скажем, что мы её брали посмотреть?
— Нет, подсунем под дверь! — парировала я. — Мы отвлечём внимание охранников у двери Катаракты каким-нибудь предлогом, а в это время незаметно положим папочку на стол в стопку. Видел, какая у них накапливается гора этих папок? Ваш Щука дотошный, запрашивает, похоже, досье для любого, с кем говорит — и о ком говорит. Если его замы делают так же, можно кинуть папочку к ним, там наверняка меньше охраны, и она не такая вышколенная. А заценил, как быстро принесли досье Августинчика? Скорее всего, это сделали даже без всякой бюрократии, нигде не регистрируя устный запрос магистра. Так что у твоей папочки, после того как мы её посмотрим, есть все шансы спокойно попасть обратно на полку вместе с остальными. Есть у тебя друзья, умеющие показывать фокусы с помощью ловкости рук? Какие-нибудь исчезающие под платком яблоки, появляющиеся из носа монеты?
— А если они всё равно потом где-нибудь отмечают такие затребованные дела? — возразил Страшила.
— И пусть отмечают! Там не менее сотни имён за день, решат, что сработал человеческий фактор. Этим бюрократия и хороша, что никто ничего не разберёт. Да и к тому же товарищи на входе в архив, скорее всего, предпочтут скрыть факт того, что их отвлекли, и они оставили дверь без присмотра.
— Дина, хоть один из охраны всё равно обязан остаться на посту, — нетерпеливо повторил Страшила. — И как это — скрыть?..
— Да плевать мне на то, что он обязан, что ты заладил, как попугай! — взъярилась я. — Люди не всегда поступают по инструкции, в этом их прелесть! Шарапов не остаётся на посту, где ему велели стоять, и не задерживает всех, кого видит, поэтому МУРовцы и ловят Фокса пять серий, а не две минуты! Ты вот сам, когда дрался с тем стеклянноглазым богемщиком, обязан был проверить соответствие вашего оружия и потребовать, чтобы он выбрал себе секунданта, ан не потребовал. — Страшила вспыхнул до корней волос, но ничего не сказал. — А богемщик тот умён и знает, что люди не всегда поступают, как надо, как положено. Я хочу, чтобы ты тоже это знал. У нас есть все шансы добыть твою папку.
— Да зачем она нам нужна, эта папка?
— Зачем, зачем… — Я почувствовала себя Шараповым, которого Горбатый спрашивает, зачем ему деньги, и едва поборола искушение добавить: «Нашли бы зачем». — Мне она нужна, потому что я люблю секреты. Точнее, люблю совать в них нос. А тебе самому разве не интересно, что там про тебя написано? Или про матушку твою, а? Про батюшку? Может, у тебя есть живые родственники?
По глазам Страшилы я поняла, что удар попал в цель. Он колебался, но в конце концов амплуа защитника закона и хранителя устоев пересилило и юношеское любопытство, и сыновний интерес. А может, он просто упадочнически решил, что ничего не выйдет.
— Нет, Дина.
— О-о-о, грехи мои тяжкие, что ж ты такой правильный… Ладно, а может, тебе могут вынести личное дело по дружбе или за деньги? Даже не впустить тебя внутрь, а просто вынести папочку? Скажем, тот бритоголовый, который 18035?