Стройный старлей с девушкой ушли; кроме нас, на втором этаже ресторана осталась только парочка любителей кальяна. Я меланхолично посмотрела вслед красавцу лейтенанту.
Интересно, почему я выбрала пообщаться именно с Олежкой, а не с кем-то ещё? Ведь у меня полно вменяемых друзей и знакомых абсолютно разных национальностей, отчего ж я решила поговорить конкретно с этим парнем, зная его чудовищные взгляды? Может, чтобы почувствовать себя не такой ущербной на его фоне?
— Дин, а ты клуб свой так и не открыла? — поинтересовался конспиролог, жуя. — Про водоросли?
— Про какие водоросли?.. — ошалело переспросила я, и вдруг до меня дошло. — Ты про эту чушь, БДСМ-клуб «Динофлагелляты»? Да я ж по приколу сказала, ты чего, поверил? Я вида чужой боли органически не переношу.
— А я вот задался этим вопросом, когда ты сказала, — с достоинством сообщил Олежка. — Прикупил кой-чего, пробовал несколько раз, страничку свою открыл. Только девушки попадаются слабые, они б хотели, чтоб их плётками гладили ласково; а ударишь посильнее — они в слёзы, матом кроют и бежать. И платить не любят, считают, что им и так благодарны должны быть за то, что они пришли.
Я не сразу нашлась, что ответить.
— Ну если всё по согласию, то ради бога, — изрекла я наконец. — Люди, чай, совершеннолетние, никого на аркане не тащат. Помни только, Олеж, что ты взрослый мужик, у тебя рука-то тяжёлая: ты вот как-нибудь сам себя ударь со всей дури для пробы. Ты сдерживайся как-то, если перед тобой не вконец отмороженный мазохист, который сам об этом говорит.
— А ты бы, Дин, не хотела попробовать? — игриво спросил Олежка и подмигнул мне. — Я с тебя и денег не возьму. Ничего пошлого, вот обещаю, да мне и жена не позволит; просто хочется наконец в полную силу поработать, руку не сдерживать… А у тебя-то сила воли есть.
Вот я всерьёз задумалась, не стоит ли рассмотреть это безумное предложение. Зачем-то ведь занимаются люди этой хренью? Может, мне как раз нужно, чтобы меня избили, не сдерживая руки́, и, если вывести себя на невыносимую физическую боль, это выключит или хоть ослабит на время боль душевную? Тянет же меня вонзить вилку в ладонь; возможно, сработает психологический приём, что ты типа воздал себе за ошибку, и значит, можно закрыть ситуацию и больше не грызть себя за неё?
«Ошибки-то исправлять нужно… смертью и болью ничего искупить нельзя…» — вспомнила я свои собственные слова, обращённые к Страшиле. Но что делать с ошибкой, которую нельзя исправить, за которую не можешь себя простить, которая обжигает тебя изнутри хуже пламени, хуже кислоты?
Так, однако, можно сбить себе все реакции. Есть же женщины, последовательно выбирающие партнёров, склонных к рукоприкладству; они, может, и не понимают этого, а только с такими и способны строить семью. Вложу я себе в мозги паттерн, что от физической боли становится лучше и легче, и дальше что?
— Спасибо за предложение, Олеж, но нет, — вежливо отказалась я; конспиролог разочарованно вздохнул. — Слушай, а тебе вот неужели не страшно бить человека, ведь ему же больно?
— В мозгу центр боли и центр удовольствия расположены рядышком, — авторитетно объяснил Олежка. — Если как следует стимулировать один, то активизируется и другой; это сабспейсом называется. Говорят, штырит похлеще, чем в постели.
— Говорят? — развеселилась я. — То есть на себе ты это не проверял, на девушках опыты проводишь? Так сам испытай, раз это настолько клёво. — Конспиролог что-то пробурчал. — Слушай, математичка часто говорила про мои решения, что я еду из Питера в Москву через Владивосток: вот эта история даже похлеще. Если хочется активизировать центр удовольствия, не знаю уж, насколько это научный термин: чего это напрямую не сделать?
— А так эффект сильнее, — заверил меня Олежка. — Попутно можно себя испытать, от чувства вины избавиться. Может, попробуешь-таки? Ты боишься, что ли?
— Олеж, — сказала я с раздражением, — любое живое существо избегает боли, а я-то с чего должна быть тупее амёбы? Ладно б переламывать себя ради чего дельного; а ради того, чтоб чисто тебя повеселить, — нет уж, спасибо. Если мне вдруг приспичит что-то подобное, так я лучше в Афганистан поеду: знаешь, там месяц назад растерзали девушку за то, что она мешала мулле вести бизнес, он амулетами торговал прямо в мечети на пару с колдуном? Вот приду к мечети Шах-Ду-Шамшира и скажу местным всё, что думаю на этот счёт, наверняка они знают русский или английский. А нет — так я онлайн-переводчик включу; и, полагаю, от любого чувства вины я после этого точно избавлюсь. И советую тебе сменить тему, иначе я разозлюсь.