— И как тебе не стыдно?!..
— Ни на вот столечко, — я сделала жест «на донышке» Дианы Шурыгиной. — В конце концов, он сам просил меня остаться жить. Я всего лишь выполняю предсмертную просьбу Страшилы.
Лада смотрела на меня в полном ошалении.
— А ты его ещё своим братиком называла, — попыталась она воззвать к моим чувствам. — Люблю-люблю, трамвай куплю! Вот какова твоя любовь-то!
— Это просто нерационально, — объяснила я. — Допустим, я поддамся на ваши уговоры и утоплюсь. Вы благодаря этому воскресите Страшилу. Будет плюс один человек. Но за него умрут три человека: я и мои родители, потому что они объективно не переживут надолго день моего опознания в морге. Три жизни за одну; да ещё и неизвестно, сколько эта одна вообще продлится: нет. Однако, — добавила я, посчитав, что можно уже начинать торговаться, — есть и вариант, на который я готова пойти. Воскресите моего братика — моего родного братика — и я сделаю то, что вы хотите.
— Это невозможно.
— Ответ неправильный, — возразила я. — Вы ни на секунду не задумались, прежде чем сказать «нет»: даже не дали себе труда несколько минут поискать варианты. А искать их вам придётся, потому что на меньшее я не соглашусь. Я согласна, чтобы мой родной брат жил вместо меня; и чтобы у моих родителей остался живой ребёнок. Задачу я вам поставила, ищите решение.
Лада сделала вид, что думает. Она даже закрыла глаза, и глазные яблоки у неё под веками быстро и довольно жутко задвигались, почему-то напомнив мне колёсико прокрутки на компьютерной мыши. Смотрелось это на редкость противно, и я поспешно отвела взгляд.
— Это невозможно, — повторила она с глубоким убеждением. — И даже если бы это было возможно — а это невозможно! — он уже давно умер, об этом знает много людей! Как ты мамке с папкой объяснила бы это?
— Уж найду как, — скучающе ответила я. — Скоро Пасха, прокачусь на фразе «чаю воскресения мертвых» и на том, что миф становится реальностью. Они верующие, их заболтать — раз плюнуть. А документы сделаем как-нибудь, наверняка у нас есть нужные знакомые. В России-матушке всё возможно. Так что не отлынивайте, а думайте, как вернуть моего братика.
— Да для того чтобы я могла воскресить сынульку, мне пришлось сохранить его дух и как бы… законсервировать! — закричала Лада, и мне тут же представилась огромная консервная банка, причём почему-то с надписью Grox Meat Conserve. — С твоим-то братом такого не делали! Это невозможно!
— Ну значит, проявите креативность и придумайте, как можно выцепить незаконсервированный дух.
— Да ты и сама понимаешь, что это невозможно!
Я тоже начала злиться и уже хотела заорать: «Не понимаю!» — как вдруг мне пришла на ум неплохая мысль…
— Нет, не понимаю, — сказала я, — ведь я же не знаю, что именно вы можете, а что — нет. Давайте заключим с вами такую сделку: научите меня всему, что знаете и умеете, и если я удостоверюсь, что это действительно невозможно, я соглашусь вернуть Страшилу вашим методом.
Лада побагровела так, что я испугалась, как бы её не хватил удар.
— Вот чего ты на самом деле добиваешься, — просипела она. — Хочешь получить магические силы. Тебе и родной-то брат не нужен вовсе, не то что мой сынулька…
— Кто же не хочет магических сил? — смиренно признала я. — Да если бы я знала, что магия не фуфло, давно бы уже вплотную занялась этим вопросом. Думаете, я просто так бегала по гадалкам, лишь из любви к искусству глумления? Я проверяла эмпирически, не найдётся ли что-то по-настоящему сверхъестественное.
Нашла вот на свою голову. Ну да ничего. Как говорится, ради цели можно заключить договор хоть с чёртом: нужно только быть уверенным, что ты проведёшь чёрта, а не чёрт — тебя.
— Ты проявляешь уже личную заинтересованность, — прохрипела Лада. — Захотела получить власть для себя, и это было твоей ошибкой. Теперь силы, которые защищают тебя, маленькая дрянь, отвернутся прочь…
— У меня двенадцатилетнего брата размазали по асфальту, а вы мне толкуете про силы, которые кого-то защищают? — заорала я, не выдержав. — Всех чистых, добрых, невинных людей убили чуть ли не у меня на глазах, а вы мне затираете ересь про защиту? У вас голова-то на плечах есть? Покажите мне эти силы, я им предъявлю за всё, что творится в мире!
— Какие ещё тебе силы с таким тупым, ограниченным восприятием?! — яростно закричала Лада, и в коридоре снова что-то упало.