Страшила ёрнически затрясся всем телом, делая вид, что сейчас рассыплется.
Мимо, как нарочно, мелькали «Шеш-Беши», «Шоколадницы», ещё какие-то алтари чревоугодия. Есть хотелось всё сильнее.
— А куда мы сейчас идём? — спросил Страшила, сменив тему.
— Мне одна девушка должна денег, — объяснила я. — Вообще-то я никому не одалживаю, но так вышло. Мы с ней раньше вместе учились в институте, потом, правда, её исключили. Она работала в одной кофейне на Арбате, туда-то мы и направляемся. Если нам повезёт, и она там ещё работает, и плюс если сейчас её смена, то мы с тобой поедим и отдохнём. Нам бы, конечно, что-нибудь посерьёзнее, но выбирать не приходится.
Страшила нахмурился.
— А как ты деньги зарабатываешь?
— За хорошую учёбу платили стипендию, плюс раньше родители подбрасывали, — объяснила я. — Ценными бумагами торгую, делаю на заказ украшения, иногда подрабатываю переводами. Сочиняю для разных неграмотных лентяев курсовые и подобную муть. Недавно вот гардероб свой распродала почти подчистую. Ты не дрейфь, деньги у меня есть: просто сейчас из-за блокировки счёта они, скажем так, временно недоступны, а налички с собой нет. К сожалению, еду, в отличие от того же смартфона, нам в рассрочку не продадут.
— Дина, — шёпотом сказал Страшила, — а пояс мне в рассрочку ты не можешь купить?
Я посмотрела на его напряжённое лицо и поняла, что он реально долго держался: однако старые установки так просто не уходят. Лично я в центре Москвы, где безбожно заламывают цены, и бутылку воды не купила бы; но я видела, что моему бойцу действительно не по себе. Ну вбили ему в голову, что без пояса ходить стыдно и неправильно: Василий Косой вон из-за такого вообще войну начал. Весело люди жили: один пояс крадёт, вторая его срывает, третьему глаз выкалывают, а потом за это ослепили четвёртого: а хуже всего при этом, конечно же, населению, но кто о нём думает.
Я огляделась и, увидев магазин с обувью и сумками на витрине, направилась туда, рассудив, что это всё кожгалантерея.
Страшила издалека высмотрел стойку с ремнями и коршуном кинулся к ней.
— Тут, скорее всего, нет таких поясов, какой тебе нужен, — предупредила я его. — Выбери временный вариант, а основной тебе, наверное, потребуется изготавливать на заказ. Или обратиться к реконструкторам.
— Ну почему же… — рассеянно отозвался Страшила и вдруг обернулся, глядя на меня какими-то полубезумными глазами. — Дина!.. прошу. Мне больше ничего не нужно, клянусь тебе. Но просто без пояса действительно…
— Т-ш-ш! — поспешно зашипела я. — Не пугай продавцов. Если нашёл то, что нужно, то я за тебя очень рада. Покажи хоть…
Я рассмотрела ремень, который Страшила держал в руках, и не сразу нашлась, что сказать.
— Именно этот хочешь?..
— Остальные без бляшек, — объяснил мой боец.
— Бляшек-мушек, — машинально отозвалась я, не сообразив, что именно говорю, и перебрала висящие на стойке ремни. — Да. Гхм…
Выбранный Страшилой экземпляр был украшен прорезными мальтийскими крестами. Хорошо хоть, без черепушек на концах перекладин — мне случалось видеть и такие.
— Тебе чего… именно с крестами хочется? — осторожно уточнила я.
— Этот пояс похож на мой, — просто сказал Страшила, глядя на меня, как ребёнок, выпрашивающий игрушку. — А разве с крестами что-то не так? Я заметил, у вас многие носят кресты на груди.
— Это другое, — промямлила я. — Люди решат, что ты христианский рок исполняешь… Раньше-то у тебя натовские звёзды были, они тут тоже не особо приветствуются. Может, поищем стимпанк? ну знаешь, латунь, шестерёнки, циферблаты, медная «вермишель»… — Я с сомнением осмотрела ремни на соседних стойках. — Ничего похожего…
Тут к нам подскочила девушка-консультант. «Шла бы ты отсюда», — хотела сказать я, но она уже увидела чудо дизайнерской мысли, которое Страшила держал в руках, и начала отрабатывать свою зарплату.
— Отличное качество — смотрите; очень популярный среди мужской части молодёжи…
— К нему бы нужен ещё и мотоцикл с косухой, — процедила я сквозь зубы. — И микрофон, у которого вместо ручки будет маленькое распятие… А заклёпки эти с него не полетят на следующий день?