Страшила беспомощно покачал головой, и я подумала, что сейчас, наверное, сорвусь и всё-таки умертвлю его каким-нибудь особо жестоким способом.
— Боец, — попробовала я ещё раз, — когда я в последний раз тебя вот так убеждала, ты тоже упорно отказывался. Я тебя и умоляла, и уговаривала, и угрожала тебе. В итоге ты из-за своего упрямства получил месяц в тёмной водичке, а меня твоя драгоценная матушка склоняла к самоубийству, и ещё неизвестно, какие от этого будут отсроченные последствия. А теперь я прямо чувствую, что ставки будут намного выше — и ты снова сделаешь неправильный выбор. Почему я должна верить на слово, что твой выбор верен, если ты не умеешь включать голову, когда выбираешь, если ты выбрал вслепую, наугад, доверившись своей сумасшедшей маменьке? Ты думаешь, она просто так тебе сказала, что я это не одобрю? Нет, она опять задумала какое-то безумие, а это — мой дом, почему я вам должна позволить его разрушить?
Как об стенку горох.
— Как же вы все меня достали, — выдохнула я и вскочила. — Друг мой, давай для твоего же блага закончим на этом наше знакомство. Я умываю руки, теперь уже точно. Идите вы оба к чёрту, ты и твоя треклятая матушка!..
— Дина! — Страшила с силой сжал мне руку, умоляюще глядя на меня снизу вверх, и у меня закружилась голова, настолько он походил на моего братика. — Хорошо. Я скажу тебе… только не сейчас. Я… посоветуюсь с тобой перед тем, как стану что-то предпринимать. Обещаю.
Я задумалась. Это было хоть что-то… но вообще-то такая неопределённость мне тоже не нравилась. У меня было ощущение, что я выпускаю в лягушатник, где плещутся дети, акулу-молот, взяв с неё слово никого не кусать.
— Я не верю обещаниям, — проворчала я. — Даже твоим — даже зная твою идейность. Потому что люди меняются, в том числе и ты. Ты вон раньше помыслить не мог о том, чтобы выйти из комнаты без пояса, а сегодня заставил себя пройтись так по центру Москвы.
Страшила тоже задумался.
— Дина, — произнёс он медленно, — одежда — это внешнее; но если ты теряешь способность держать своё слово, то теряешь самого себя. Я уже потерял всё, что имел… ты — последнее, что у меня осталось от моей прежней жизни: и ты считаешь, что я способен нарушить обещание, данное тебе? Лада… — он криво усмехнулся на моё замечание, что у него осталась ещё и любимая матушка. — Думаешь, я сам не вижу того, о чём ты говорила? Помнишь, ты как-то сказала… что мои родители хотели бы, чтобы я был свободен и счастлив?
Он прикусил дрогнувшие губы, и я, увидев это, схватила Страшилу за плечи и крепко прижала к себе. Ну вот за что ему такое чудушко в матери? А за что детям, которые живут в детдомах при живых родителях, убеждая себя, что те больны, нищи, по какой-то ещё весомой причине не могут их забрать; а потом выясняют, что на деле мать и отец не могут оторваться от бутылки, завели новую семью, просто забыли про тех, кому дали жизнь? А ведь эти скоты ещё и часто пытаются эксплуатировать своих повзрослевших вдали деточек, когда те их находят себе на горе; требуют с них деньги… особенно если личность разрушена алкоголем… Меня всегда поражало: чтобы иметь право водить машину, нужно сначала сдать экзамен и получить права; а чтобы завести ребёнка, достаточно иметь желание и техническую возможность. Хотя воспитание детей-то требует побольше умений и навыков, чем эксплуатация автомобиля! А потом удивляемся, откуда в обществе убийцы, самоубийцы, алкоголики, наркоманы и психопаты.
Про покойного батюшку-то и говорить не стоит, хорошо, что мы с ним лично не познакомились: вон он как с любимой жёнушкой обошёлся из-за какого-то кликуши. Страшиле-то, пожалуй, даже повезло, что он вырос вдали от этого змеиного кубла…
— Ну ошиблась, — проворчала я вполголоса. — Кто же знал, что они такие психи. Ты только не думай ни в коем случае, что это твоя вина, а то я в курсе, что дети на твоём месте так часто делают. Если б у меня был такой сын, как ты… ну, наверное, я бы его знатно взгрела за суицидальные наклонности, но вообще-то я была бы самой счастливой матерью на свете. И я бы тобой очень гордилась, хотя бы за то, что ты ещё не двинулся. Я и сейчас тобой горжусь и верю, что ты со всем справишься. Боец, послушай, а может, твой батя хотел для тебя как лучше, поэтому и отправил в орден, а? Посмотри, каким славным человеком ты вырос: а так сделался бы, как те рептилоиды, носил бы кожаные зелёные курточки… а то и вообще, извини, добрые дядюшки насиловали бы…
Я почувствовала, как Страшила, которого я всё ещё не выпускала из объятий, покачал головой.