— Васильевн-на! — не выдержал крёстный и яростно повернулся к Страшиле. — Ты лучше ответь, почему она за тебя говорит! Бабе воли давать нельзя, это и ей, и тебе смерть!
«Ой, где-то я уже это слышала!» — я закатила глаза. Что всё-таки за удивительная штука — мужская солидарность: это Вадимка про меня, свою крошку-крестницу, солнышко, красавишну, говорит: «бабе воли давать нельзя», а? И кому говорит: он же вообще не знает своего собеседника!
Придумать хоть что-то я не успела.
— Дина хочет меня защитить, — ответил Страшила и тепло посмотрел на меня. — Как можно дать волю тому, кто сам — воплощённая свобода? Я неоднократно доверял ей свою жизнь и без колебаний сделаю это снова. Не вполне ещё понимаю, как здесь всё устроено, но она мне многое рассказывала. И хотя за меня некому поручиться, кроме неё, честью моей клянусь, что я не желал бы поручителя лучше.
Я закрыла глаза, пытаясь не застонать вслух. Вообще-то сами по себе слова Страшилы меня глубоко, до слёз, тронули; но он, видимо, совсем не понимал, как именно прозвучало его откровение.
Я искоса глянула на крёстного. Он внимательно рассматривал Страшилу, как зоолог — какого-то диковинного зверя. У него было такое странное выражение лица, что мне стало жутко.
— Покажи мне сгиб левой руки, — изрёк он наконец.
Вот так я и знала.
— Дядь Вадим, мы не наркоманы! — в отчаянии завопила я. — Ну я же даже не пью принципиально, разве стала бы я употреблять наркотики? Просто этот вьюнош с придурью, поэтому и говорит то, что думает. Я понимаю, вы считаете, что он — псих, но так и я тогда тоже!
Крёстный с досадой отмахнулся:
— Ничего я не считаю…
— Считаете, — упорствовала я. — Если вызовете «скорую», то меня тоже поставят на учёт, вы мне всю будущность сломаете!
— Да Васильевна, уймись! — вспылил крёстный.
Разумеется, я бы не унялась, но тут Страшила как раз снял свою бронекуртку и закатал левый рукав свитера; Вадим Егорович сумрачно взглянул на циферки и палочки и кивнул каким-то своим мыслям.
Я прислонилась к стене, пытаясь понять, случайно ли он затребовал именно сгиб левой руки: ведь наркоман, по идее, может быть и левшой, тогда, вероятно, следы уколов нужно искать скорее на правой руке. Однако он словно бы ждал именно то, что увидел… или мне это кажется…
— Что происходит? — проскулила я.
— Правда на Димку похож, — сказал мне вдруг крёстный. — А вы-то вашего Серёгу не нашли?
Он спрашивал об одном из папиных младших братьев, который пропал без вести на просторах нашей необъятной за два года до этого.
— Не нашли, — промямлила я, пытаясь взять себя в руки и вернуть контроль над ситуацией, прежде чем крёстный задаст Страшиле очередной вопрос, а мой боец отколет очередной кристально честный ответ. — А ты, дядь Вадим, сначала напои-накорми, а потом спрашивать будешь. Стоим, как неродные, в прихожей!
Крёстный хмыкнул и, круто развернувшись, направился на кухню, из которой умопомрачительно пахло жареным мясом. Я выдохнула и достала из шкафчика тапочки для себя и для Страшилы. Он как будто бы колебался, не надеть ли ему свою бронекуртку снова.
— А вам, сударь, что, помощь нужна? — елейно вопросила я. — Аршин проглотили? Не бойся, здесь не всаживают кинжалы между шейными позвонками и нижним окончанием черепа. И столовый нож под лопатку ты в этой квартире вряд ли получишь. У нас гостей привечают, а не пробуют на них остроту холодного оружия. Пойдём руки мыть.
Страшила ещё немного поколебался и в итоге застегнул свой украшенный крестами ремень прямо на свитере. Выглядело это на редкость по-дурацки.
— Может, тебе шлёвки к брюкам пришить, и будешь носить пояс, как я? — предложила я. — А то совсем жутко смотрится. Ещё пиджачок в брючки и носочки в сандалики.
— Сам тогда пришью, — пообещал Страшила после недолгого раздумья и, видя мой ироничный взгляд, всё же неохотно снял ремень.
Ванная крёстного напоминала ферму культур плесени: у меня сердце кровью облилось от такого кощунства. Я искоса посмотрела на чугунную ванну и подумала, что не залезла бы в неё ни за какие коврижки, как бы ни соскучилась по воспетому Владимиром Маяковским «плесканию чайкой». Как же Вадимка с боярыней его тут вообще моются? А потом я задумалась, смогу ли убедить родителей разрешить мне установить джакузи прямо в комнату вместо кровати. Правда, надо ещё разобраться, можно ли вообще согласовать подобное: это ж, наверное, тоже считается мокрой зоной…