— Тут мы с тобой оба дураки, — возразила я со смехом. — Мнительные и внушаемые… Нет никакого предопределения, боец: есть лишь попытки подогнать происходящее под некий мерзостный план. Вот ты говорил, Лада предупреждала, что я захочу тебя убить, если всё узнаю; конечно, это была ложь, но ведь её едва не сделали правдой, когда в определённый момент чуть-чуть повлияли на нас инфразвуком. А там уж мы сами всё додумали.
Я почувствовала, как Страшила торопливо кивает.
— Я ведь знал, что ты святая, ты не могла всерьёз замыслить убийство; и всё равно поверил, — сказал он покаянно.
Я закатила глаза, еле сдержав тяжёлый вздох. Ох, пусть уж лучше Страшила верит в мою святость, чем поймёт, насколько всерьёз я раздумывала над уместностью его упокоения, и станет себя накручивать. Бесполезно ему что-то объяснять; рассказывала же подробно про ультразвук, а он про себя всё-таки считал мою сонолюминесценцию нимбом.
Или всё-таки прямо сказать, потому что рано или поздно Страшила задумается над странностями в моём поведении в этот вечер, и тогда его заденет скорее то, что я пыталась скрыть от него свои подлые сомнения?
Я колебалась пару секунд, не зная, как стоит поступить. Мне казалось, что любой из вариантов толкнёт Страшилу во тьму. Но в итоге решила, что лучше скажу правду: он ведь хорошо меня изучил — с тем же инфразвуком сам понял постфактум то, что я хотела от него скрыть. И тут, наверное, догадается, скрывай не скрывай. Да и в целом, если меня в чём и убедило пребывание на Покрове, так это в том, что утаивать правду из каких бы то ни было побуждений — в перспективе оказывается проигрышной стратегией…
— Боец, — сказала я, найдя его руку, — я ведь и правда думала об этом всерьёз… там, наверху. Поэтому и в глаза тебе смотреть не могла. Но лично ты тут ни при чём, понимаешь? ты не виноват, что у меня в мозгу сработал автомат «свой — чужой». Чисто животная реакция твари дрожащей, которая встретилась с чем-то незнакомым: мне по факту захотелось избавиться от тебя просто на всякий случай, чтобы спалось крепче. — Вот из-за таких первобытных проявлений люди и верят в антинаучные теории вроде рептильного мозга Маклина. — Потому мы с тобой и сидим сейчас здесь на скамейке, а не в тёплой квартире, что я оказалась способна уподобиться той же Воронихе. Но я с собой справилась, боец, честное слово!
Страшила прижал меня к себе ещё крепче.
— Молчи, — сказал он тихо. — Молчи, Дина… не хватало тебе в мыслепреступлениях передо мной каяться…
— Да не перебивай. Я не каюсь, а объясняю. Боец, ты ведь правда ничего не сделал, что могло бы вызвать такую реакцию. Просто меня это дебильное «видение» сбило с толку; а потом я как увидела, что ты на всех этих языках чирикаешь, так у меня крышу сорвало. Вот даже не думала, что я настолько… животное. А ты по факту из-за моего скотства не выспишься теперь на нормальной кровати и чистых простынях. Правда, если хочешь, мы можем поискать поблизости какой-нибудь хостел.
Страшила качнул головой.
— Дурак я, — вымолвил он. — Надо было тебе речевика найти, как ты и просила. Тогда бы ты сейчас не отреагировала так. Ну и что, что запрещено… можно подумать, я только разрешённое делал…
Я осмыслила его слова. И вспомнила странную реакцию Страшилы на мою просьбу найти мне профессионального преподавателя латыни, которую я тогда приняла за оговорку. «А что, латынь — не язык, что ли, по-твоему»?
— Ах ты скотина, — сказала я севшим голосом. — То есть я тоже так могла бы?! Знаешь анекдот: отчисленный из института Сидоров каждый день пишет своему преподу, что его в армии учат убивать? Вот за каждую отметку ниже «отлично» по инглишу и италу буду предъявлять претензии персонально тебе! Блин, — прибавила я мрачно, — так себе шутка… в контексте-то…
— Нормально, — с нажимом произнёс Страшила. — Шути спокойно, о чём хочешь. Ещё не хватает, чтобы ты смех свой утратила из-за всего этого.
— Молоток, — одобрила я. — И буду шутить. Я просто немножко на нервняке сейчас, оттого что этот мир такой странный и непривычный. Но уж чувство юмора-то утрачу в последнюю очередь. Ты вообще нормальный пацан, не фраер, как сказал бы Вадимка. Даром что у тебя свечение вокруг кумпола иногда возникает, хаха; ну ничего, у всех есть свои недостатки.
Может, до него хоть теперь дойдёт, что это свечение вообще ничего особо не значит и уж точно не говорит о моральных качествах. Если опустить в воду ультразвуковой скальпель, он тоже святым станет? Вместе с водой, видимо… Любопытно, конечно, каким образом свечение возникает вокруг головы Страшилы…