— У тебя руки, как кусок плутония, — пробормотала я. — Ты ж мой солнечный зайчик… Не бойся ничего, мой маленький… всё будет хорошо. Как говорится… по щучьему веленью, по моему хотенью…
Я невольно засмеялась, и мне показалось, что где-то вдалеке я снова слышу смех Катаракты; ну слава богу, что это не случайное богохульство.
— Боец, а что именно говорил Щука на инициации про вечный свет, lux perpetua?
— Что он всегда будет светить нам с тобой, — ответил Страшила после паузы. — Даже если мы от него отвернёмся.
Вот скрытная скотина, сразу бы перевёл всё как есть… Впрочем, наверное, я бы и тогда не догадалась.
Я осторожно попыталась припомнить, что же всё-таки видела и как выглядел хоть тот же Страшила; у меня было ощущение, что я словно бы кручу колёсико на микроскопе, так что обычный вид условного лабораторного препарата расплывается до клеточного уровня, потом до молекул, потом до атомов и квантов… а я-то в курсе, что они выглядят совсем не так, как пластиковые школьные модели… и ведь это всё тот же препарат. Тоже чудо, если разобраться, и с непривычки от ясного осознания его сути, наверное, тоже можно сойти с ума. Мне то казалось, что там были сплошь какие-то светотени, то я припоминала, что у Страшилы вроде бы были крылья… а может, это просто было ложное воспоминание, созданное мозгом на основе привычной ассоциации…
— …! — я подскочила на месте. — Боец, ты почему в лодке не сказал прямо, что у тебя реально были крылья, что ты не просто прикалываешься, когда просишь меня отрастить их? — Впрочем, память услужливо воспроизвела мне наш диалог. — Ладно, признаю, ты-то прямо сказал, это я не услышала, как всегда… и не видела в упор ни черта…
— Что именно ты поняла?
— Пока ещё почти ничего, — проворчала я. — И ты лучше ничего мне не говори.
Если Страшила подтвердит мои предположения, тогда моему мозгу придётся осознавать, как технически можно носить меч за спиной, если у тебя есть крылья; да и как их вообще сочетать со свитером и бронекурткой. А мой-то мозг трёхмерный, и как бы он не отказался работать после подобного. А пока нет однозначного подтверждения, можно считать всё просто прихотливой гипотезой для моего увеселения.
Потом я вдруг задумалась, почему Страшила первым делом, получив доступ к интернету, посмотрел там теорию пилота-волны де Бройля — Бома, согласно которой электрон — частица, чья скорость в любой момент времени определяется пилотной волной; а она, в свою очередь, зависит от волновой функции… Да нет… это уж точно мои домыслы от недосыпа… я представила себе волну, которой частица объясняет менделевскую генетику, притом волна-альбинос это понимает и подтверждает, что у них что-то такое было… Да и как технически тот же электрон может свестись до частицы, у которой волна полностью потеряла энергию? и как волна со сломанными крыльями может двигаться, используя частицу; и по чему мы перемещались-то, когда нас, по выражению центрального, выкинули во тьму внешнюю? По космологическому горизонту, что ли? так это воображаемое понятие типа экватора или гринвичского меридиана!
Хрень какая-то. Я уж скорее поверю, что меня закинули поглубже, в сферы, где правдой окажется моя шутка про тон фундаментальной частицы, вибрирующей в многомерном пространстве. Но я-то знаю, что теория суперструн просто так называется, понятия типа обертона и гармоник для струны в физике микромира — это условности, это не значит, что там реально что-то звучит!
Мне казалось, что у меня мозги сейчас вывернутся от всего этого наизнанку и разложатся в двадцать шесть измерений. Так что я решила временно принять всё произошедшее как есть и пока не дорываться до его подлинного смысла. Подумаю об этом завтра, утро вечера мудренее.
Я закрыла глаза и представила Щуку — не чтобы поговорить, не сосредотачиваясь на облике, просто чтобы коснуться его вниманием. И я скорее почувствовала, чем увидела эту слепящую скорость, бесконечную динамику расширения, безграничный восторг Вселенной, осознающей себя; и мне показалось, что Катаракта обратил ко мне несуществующее лицо и смотрит на меня с улыбкой; и у меня сердце замерло от счастья, что мир именно такой — и что я наконец понимаю это.