Ей нравилось это ощущение наполненности.
Она вдруг поняла слова Глеба, будто ее грудь была создана специально, чтобы поместиться в его ладони. Это было то, что она чувствовала, когда он двигался внутри нее. Будто его твердый член был создан с единственной целью — наполнить ее.
Это вывело концепцию «Созданы друг для друга» на новый уровень.
Анна уперлась пятками в матрас и приподняла бедра, когда он вошел в нее. Она хотела почувствовать его так глубоко внутри себя, как только возможно.
Она прильнула к нему, и ее тело непроизвольно задрожало. Она не хотела, чтобы это заканчивалось, но в то же время чувствовала непреодолимую потребность довести это до кульминационного завершения.
Глеб скользнул рукой по ее телу, вырисовывая большим пальцем круги, попутно продолжая двигаться в ней. Входить в нее и выходить из нее. Выбора больше не было. Освобождение подходило независимо от того, хотела она этого или нет.
К счастью, она хотела этого больше всего на свете.
Каждый мускул в ее теле сокращался и сжимался вокруг него, вызывая у Глеба животный стон и усиливая ее собственное удовольствие.
Она дрожала всем телом, когда поднималась на вершину наслаждения вместе с Глебом.
Как только экстаз начал спадать, она стала выбираться из-под него. Последнее, что ей было нужно, — это испытывать к нему настоящие чувства, и она боялась, что именно это сейчас и начнется.
Он удержал ее на месте, прижавшись своим лбом к ее лбу:
— Куда ты?
Ее сердце все еще учащенно билось в груди, и она задавалась вопросом, чувствует ли он это.
— Мы договорились на один раз.
— Мы договорились на одну ночь, — он начал целовать ее в шею, и она почувствовала себя бессильной остановить его. — И эта ночь еще не закончилась.
К тому времени, когда он добрался до ее ключицы, ее тело уже возвращалось к жизни, что заглушило все мысли о том, чтобы уйти прямо сейчас. Глеб был прав, они договорились на одну ночь, и это еще не конец.
Глава 18. Сюрприз
Анна быстро пошла к своей машине.
Они не спали до четырех утра. Она проснулась около восьми, он еще крепко спал рядом. Выскользнув из его объятий, она оделась, схватила образцы ДНК и вышла.
Дело было не в том, что Анна не хотела встречаться с Глебом этим утром, а в том, что на самом деле больше всего на свете она этого желала. Она думала, что сможет уйти от него с потрясающими воспоминаниями и двигаться дальше. Может быть — просто может быть, — если бы она ушла после их первого раза, тогда был бы шанс это сделать. Но, проведя всю ночь в его объятиях и еще дважды занявшись любовью, она поняла, что пересекла точку невозврата. Теперь ее сердце было занято, и она ничего не могла с этим поделать. Однако не имело значения, какие чувства она испытывала к Глебу и насколько удивительной была их ночь. Она разберется с последствиями.
Никаких сожалений.
Выйдя на улицу, Анна попыталась позвонить своей маме, чтобы узнать, как дела у детей, но звонок сразу перешел на голосовую почту. Поэтому она попробовала дозвониться Данилу. То же самое. Это ее не удивило. Никто из них не помнил, что нужно заряжать телефон. Данилу было девять — и это было его оправданием.
Добравшись до своей машины, она скользнула на водительское сиденье и положила тесты на пассажирское сиденье рядом с собой. Ее тело протестующе заныло. Мышцы, которыми она давно не пользовалась, прошлой ночью подверглись энергичной тренировке.
Прежде чем отправиться в путь, она хорошенько помоется. А затем вернется к реальности.
Проезжая мимо сада «Эрмитаж», она вспомнила, как гуляла по нему с Глебом.
Она будет скучать по Глебу.
И по этому городу.
Вот на чем ей нужно сосредоточиться. Только не на Глебе. На чем угодно, только не на Глебе. На городе.
Анна заехала на парковку и схватила с пассажирского сиденья белый бумажный пакет, в котором находилось будущее Данила.
Поднимаясь по лестнице, она ощущала, как ноют мышцы, напоминая о танцах, которые они исполняли с Глебом ночью. Он умел танцевать «танго» так, как никто из тех, с кем она когда-либо занималась «танго» раньше. У него были движения, которые заставляли ее слепнуть и глохнуть от удовольствия. Ее последний оргазм заставил зрение затуманиться, и все, что она слышала, — белый шум. Вот насколько он был хорош.
«Прекрати!» — резко одернула она себя, отпирая дверь.
Будет еще достаточно времени, чтобы вернуться к событиям предыдущей ночи, а сейчас ей нужно принять теплую, расслабляющую ванну, собрать вещи и отправиться в путь.