— Привет, Пат, — тепло поздоровался Саймон. Куда только делось его равнодушие и отсутствующий вид?
Рыжеволосая женщина, по-прежнему очаровательно улыбаясь, посмотрела на одиноко стоящую в сторонке Аннетт и вопросительно обратила на Саймона взгляд чуть подкрашенных голубых глаз.
— О, кстати, — спохватился он, словно только сейчас начиная припоминать, что пришел не один, — познакомься, Пат. Это Аннетт Напир, племянница Эльзы.
— Очень приятно. — Патриция пожала ей руку и, рассмеявшись, погрозила Саймону пальцем. — Я вижу, ты даже родственников решил подключить к работе.
— Да, постараюсь сделать из этого мягкого материала вышколенного ассистента. — Он небрежно кивнул в сторону Аннетт, и она нахмурилась — хорошенькое объяснение!
Патриция тем временем продолжала весело болтать:
— Он будет тебе платить, Аннетт? Если да, то не стесняйся запрашивать побольше. Требования Саймона высоки, как небоскребы в Нью-Йорке, поэтому будь уверена, ты отработаешь все, до единого цента.
— Не пугай ее напрасно, Пат. Я не издевался над ней раньше, не собираюсь делать этого и теперь, — с милой улыбкой солгал Саймон. — Эльза убьет меня, если я позволю повысить голос на ее драгоценную племянницу, — закончил он шутливо и, забрав ключи от номера, повел Аннетт вверх по лестнице.
Она, притихшая, погрустневшая, покорно шла вслед за ним, мысленно сопоставляя его холодное, почти безразличное поведение с людьми, окружившими его у входа, и теплую, дружескую игривость с Патрицией Синклер. А она-то еще сомневалась в словах тети Эльзы! Конечно, рано или поздно Саймон женится на Патриции, ведь они — идеальная пара. Оба живут в одном мире киноиндустрии, где добились немалых успехов, имеют богатый опыт и по части любовных побед. Последнее было ясно как день — сексуальная Патриция преподносила любителям сплетен скандал за скандалом. Что касается Саймона… Аннетт вздохнула. По собственному опыту она знала, что он настоящий мужчина, и чувственность — одна из основ его характера.
На третьем этаже они остановились у двери в конце коридора.
— Вот твой номер. — Открыв замок, Саймон вручил ей ключ. — Скромно, но со вкусом.
Аннетт вошла и огляделась. Небольшая, чистенькая спальня мало напоминала ее поистине королевские покои в доме Саймона, но была обставлена вполне уютно и очень по-американски.
Она села на кровать и взглянула на него снизу вверх:
— Когда мне приступать к работе?
Он усмехнулся.
Ты не перестаешь меня удивлять! Я думал, мы оба поняли, что эта мифическая работа была всего лишь предлогом, чтобы увезти тебя подальше от Эльзы, но если ты жаждешь надеть себе на шею это ярмо, то…
— Я прекрасно понимаю, что по-прежнему создаю тебе новые проблемы. Но ты уже рассказал Патриции эту версию, и она станет известна всем. Кроме того, мне в самом деле интересно посмотреть, как ты работаешь.
— Ну, если так… — Он безразлично пожал плечами. — Тогда буду ждать тебя ранним утром, когда еще солнце не встанет и птицы не проснутся — в пять часов утра. Я вижу, ты удивлена, но именно тогда мои рабы выходят на работу.
— Как мне добраться до места съемок? — Она спросила это спокойно и деловито, хотя внутри нее все бушевало — она будет работать рядом с Саймоном!
— В пять тридцать приходит автобус. — Он посмотрел на нее насмешливо-испытующим взглядом. — К этому времени нужно умыться, одеться и позавтракать, иначе он уйдет без тебя. Не думай, что к тебе будет какое-то особенное отношение. Я сегодня же прикажу внести твое имя в контрольный список.
— Значит… я действительно на что-то сгожусь?
Саймон подошел к ней и, протянув руку, большим пальцем обвел ее маленький, упрямый подбородок.
— Сгодишься. — Его черные глаза смеялись. — В крайнем случае, если доктор Джонс переоценил твои умственные способности, будешь варить для меня кофе.
Он повернулся к двери, но она бессознательно ухватилась за его рукав, хотя, спохватившись, тут же отдернула руку.
— Ты… ты уже уходишь? То есть, ты уходишь в свой… в свой трейлер?
— Нет. Остаток дня я планировал провести с тобой, поэтому побыстрее принимай душ и натягивай джинсы. Через двадцать минут я зайду за тобой.
Аннетт не сумела сдержаться — ее лицо просияло, розовые губы разомкнулись в довольной улыбке. Саймон долгую секунду пристально смотрел на нее, потом чуть слышно прошептал:
— У тебя очень выразительные глаза.