Аннетт выбежала из комнаты на террасу и, что есть силы, обняла тетю Эльзу.
— Я еду к Саймону! — возбужденно объявила она. — Я еду к нему!
— Значит, возвращение в Англию отменяется? — мягко спросила тетя Эльза, и Аннетт изумленно уставилась на нее — она совсем забыла о своих планах.
— Но я нужна Саймону! Скажите, как мне добраться до него?
На лице тети Эльзы появилась улыбка.
— Ты любишь его, дорогая?
— Всей душой!
Пожилая женщина, кивнув, ласково погладила ее руку.
— Я видела, что между вами что-то происходит. После встречи с тобой Саймон стал совершенно другим; вместо того чтобы привезти тебя в Калифорнию и забыть о твоем существовании, он ни на шаг не отходил от тебя. Такого я от него не ожидала. А как ловко он усыпил мои подозрения, когда дал тебе работу, чтоб быть рядом…
— Вы думаете, я действительно что-то значу для него? — прошептала Аннетт. Радостные слезы застилали ее глаза.
— Конечно, он любит тебя, это ясно и слепому. — Она улыбнулась и напоследок похлопала Аннетт по руке: — Луис отвезет тебя. Он знает дорогу. Беги, девочка, не заставляй моего любимого Саймона ждать.
Машина Луиса тряслась по ухабистой дороге, и Аннетт, сидя как на иголках, всматривалась в то немногое, что освещал неяркий свет фар.
— Луис, можно чуточку побыстрее? — торопила она. — Мы едем уже целую вечность. Вдруг он уже ушел?
— Если ушел, тогда и спешить не надо, сеньорита, — с бесподобной логикой заявил мексиканец, продолжая осторожно вести машину по скалистой дороге.
Машина свернула к морю, выбравшись на узкое, заброшенное шоссе, петляющее по лесу. Наступил поздний вечер, вокруг была кромешная тьма. Погода испортилась — дул сильный ветер, качая деревья, и до Аннетт доносились раскаты грома.
Машина повернула направо и — ей померещилось или среди деревьев мелькнули огни? — остановилась.
— Свет горит, значит, сеньор Бэтфорд не ушел. — Луис открыл для нее дверцу. — Вас ждать, сеньорита?
Она шагнула на тонкую тропку и, глядя вперед горящим взглядом, ответила:
— Нет, поезжай. — И решительно добавила: — Все будет хорошо.
Миновав деревянные ступеньки террасы, она толкнула незапертую дверь и очутилась в просторной комнате, озаренной огнем. Саймона нигде не было, но она не успела испугаться, как он вышел из соседней комнаты — ссутулившийся, худой, бледный, несмотря на загар. Увидев Аннетт, он замер, глядя на нее так, словно она была привидением, бестелесным духом, явившимся к нему из темноты.
— Аннетт? — он произнес ее имя почти шепотом. — Ты пришла?
Он точно не верил своим глазам и, вглядываясь в ее лицо, ждал ответа.
— Мне показалось… я нужна тебе… и вот я здесь, — бездыханно вымолвила она, но Саймон не двинулся с места.
— Ты нужна мне, — дрогнувшим голосом подтвердил он. — Но что нужно тебе? Ты нашла то, что искала?
Что-то в его облике сразило ее; она настолько прочувствовала этот пустой, одинокий взгляд, что слезы неожиданно покатились по ее щекам.
— Я люблю тебя, Саймон, — прошептала она непослушными губами. — Пожалуйста, не прогоняй меня.
Из его груди вырвался стон облегчения. Уронив на пол книги, которые он нес, Саймон ринулся к ней, до боли сжал в объятиях, зарылся лицом в ее волосы, не веря в реальность происходящего.
— О, Анни! Никогда, никогда больше я не отпущу тебя! — хрипло пообещал он. — Как только увидел тебя, я почувствовал желание быть рядом с тобой, мне необходимо видеть, слышать, любить тебя.
— Я люблю тебя, Саймон, и хочу принадлежать тебе и душой, и телом, и всеми моими помыслами. Я люблю тебя, милый. Только тебя. Навсегда.
Его глаза страстно заблестели. Прерывисто дыша, он склонился к ней, обжигая губами ее губы, одаривая ласками ее горячее тело.
Лишь жаркий огонь в камине был свидетелем их древней как мир страсти, воплотившейся в размеренном движении тел, когда они дарили друг другу пламенное наслаждение на шелковых простынях широкой постели.
Когда они наконец спустились на землю и Аннетт открыла глаза, Саймон с безграничной любовью смотрел на ее лицо, убрав с него золотую паутинку волос.
— Ты моя, — ласково прошептал он. — А я — твой. Ты дала мне все, о чем я только мечтал.
— Давай останемся здесь навсегда? — счастливо шепнула она. — Я не хочу расставаться с тобой ни на минуту.
— Все будет так, как ты скажешь, любимая. — Он нежно поцеловал персиковую кожу ее щеки, покрытую любовной влагой. — Мы поженимся скоро, очень скоро, а потом, если хочешь, останемся здесь, а хочешь — переедем в Англию. Как скажешь.
— Если честно, то ты — мое самое заветное желание, — пробормотала она, улыбнувшись и зажмурившись, точно пушистый котенок. — Но если мы останемся здесь, то, — она чуть нахмурилась, — тетя Эльза, наверное, будет скучать? — Ее действия шли вразрез с серьезно заданным вопросом — Аннетт обняла Саймона за шею, медленно поглаживая его плечи и устраиваясь поудобней возле его горячего тела.