Заметив, что их обнаружили, двойняшки синхронно поклонились, развернулись и исчезли за кустами.
– И давно они стояли? – подозрительно спросил Кузьма.
– Леший их знает. Да и какая разница? Ну, посмотрели да посмотрели, никаких секретных технологий тут нет.
– Ну, да, – саркастически согласился Кузя. – Подумаешь, хождение по воде до изнеможения!
Я усмехнулся, чувствуя, как по телу разливается целительная бодрость:
– Пошли, юморист, проверим, каков толк от наших сегодняшних занятий, да домой. Жрать хочу, ужас.
Измерительная плитка обрадовала меня увеличение проходимости каналов на единичку! То ли из-за смены вида деятельности с шоково-ударного на кропотливый, то ли из-за Кузиных метаний, благодаря которым я мог упражняться практически беспрерывно, но дело пошло веселее.
– Ну, последний заход к Святогору, чтоб пустыми не шариться – и в родовое гнёздышко.
– Гениальный план! – согласился Кузя. – Великолепный в своей новизне!
– Сдаётся мне, кто-то хочет отца родного подкусить...
– Что – я?! – картинно возмутился Кузьма. – Да я никогда!.. Как ты мог подумать – на родного сына?!
– Сдам в театральный кружок, будешь знать, – беззлобно пригрозил я. – Шагай давай.
ЗАЧЕМ?
Сёстры Дайго
Телохранители очень вовремя сообщили о прибывшем экипаже, что избавило сестёр от необходимости извиняться перед странным высоким европейцем и придумывать мотивы для объяснения своего подглядывания.
– Одного я не пойму, – Момоко капризно поджала губки, откидываясь на сиденье и стреляя глазами в окно на почти опустевший академический двор, – почему мы так долго таращились на этого парня?
Сатоми хмуро на неё посмотрела.
– Что? – рассердилась Момоко. – Ты можешь завидовать мне. Можешь попрекать распущенностью. Но это не отменяет того, что я отлично вижу характеристики каждого мага! Да наши охранники сильнее, чем он! Он даже до подмастерья не добрался! Как его на боевой взяли, я не понимаю.
– Он сам настоял на переводе, – Сатоми смотрела на свои руки, неподвижно замершие на коленях. – Ему не хватало баллов, и он вызвал преподавателя.
– И победил? – неуверенно хмыкнула Момоко.
– Мы не знаем. Но точно не проиграл. Болеслав согласился взять его под своё поручительство.
– С неполной тридцаткой?
– Двадцать, – скупо уронила Сатоми. – Для поступления на боевой сейчас требуют двадцатку. Ты бы знала это, если бы удосужилась открыть ту папку.
– Прошу тебя, перестань! – Момоко раздражённо передёрнула плечами, но Сатоми словно совсем её не слышала:
– Но к моменту испытаний у него не было даже двадцатки, поэтому князь Пожарский настоял на поединке.
Момоко повозилась:
– Ты хочешь сказать, он набрал десятку за лето? Так быстро? Ёмкость у него почти двадцать девять.
– Он набрал десятку за неделю, Момоко. И за предыдущую неделю ещё столько же. Если бы ты читала материалы, собранные о наших одногруппниках, а не просто вертела юбкой, ты бы увидела, что князь Пожарский – очень особенный персонаж. Ещё три месяца назад его характеристики показывали не ноль даже, а минус.
– Минус? – с ужасом переспросила Момоко. – Как это?
– Я сама не понимаю. Огромный минус. Любая мана уходила в него, как вода сквозь дырявый мешок. Его не могли даже лечить целители, всё оканчивалось истощением мага. Князя – ты только подумай, князя! – пришлось поместить в больницу для простолюдинов.
– Фу-у, – брезгливо скривилась Момоко.
Сатоми многозначительно на неё воззрилась:
– Два месяца он пролежал в коме. И пришёл в себя с небольшими, но положительными характеристиками. Это было чуть больше двух недель назад.
– Не может быть!
– Ты смотришь на него, как на мальчика с улицы. Да, он пока слаб. В поединке один на один его сможет сломать почти любой из нашей группы. Но я, – Сатоми чуть сузила глаза, – я вижу потенциал. И я могу тебе поклясться, что мало найдётся на земле магов, способных сравниться с этим, – Сатоми протянула руку и коснулась пальцами лба сестры.
Момоко нахмурилась:
– Но я ничего не вижу.