— И кто же твой папочка? — шагнул вперёд Кунгам. — Скажи, может быть я его знаю. Я, если что, Кунгам из клана Кун. Слышал о таком?
— Принц! — сквозь зубы прошипел зеленоголовый. — Чудовищным Глубинам, и тем более царствующему клану не стоит лезть в разборки других скоплений. Думаете, сможете справиться с последствиями, которыми обернётся конфликт с нами для Кун?
— С кем «с нами»-то? Если угрожаешь, хотя бы скажи, чьим именем.
— Именем седьмого Корня!
— Седьмого? — Кунгам нахмурился. — Того, который самый отбитый?
— Самый свободолюбивый и эксцентричный, — «поправил» его зеленоголовый.
— М-да… — мой друг потёр затылок. — Имя Куна тут и правда не стоит использовать.
— Рад, что вы поняли. Заберите своего дружка и мы разойдёмся миром.
— Я сказал, что не собираюсь использовать имя клана, — ухмыльнулся Кунгам. — Я не говорил, что расхотел вас побить. Не как принц Кун, а как друг, помогающий другу, помогающему своему другу.
— Издеваетесь⁈ — рявкнул зеленоголовый.
«Что за седьмой Корень?» — послал я мысленное сообщение Кунгаму.
Я знал, что в мировом скоплении Вечного Древа сильнейшие мастера навроде Мудрецов Земель, именовались Листьями, Ветвями или Корнями, и в этой иерархии Корни, вот иронично, были на самой вершине, уступая лишь единоличному правителю всего скопления, титулованному как Ствол.
Однако конкретной информации по каждому Корню у меня не было. Что-то о Вечном Древе я узнал от Вана, но далеко не всё.
«Кто-то вроде крёстного отца всего преступного мира Вечного Древа. По позиции он седьмой — последний, но по силе второй, если не первый. И он действительно на голову отбитый. Любимый способ убивать — проращивать дерево через задний проход до горла. Мой отец, пожалуй, будет посильнее, но связываться с седьмым Корнем без веской причины даже он ни за что не станет».
Следующее мысленное сообщение было отправлено Свельду.
«Чем ты насолил Седьмому Корню?»
«Семечки Древа Мира. Те, что я дал тебе. Их и ещё девять таких же я украл у седьмого Корня, который украл их из храма Вечного Древа, из-под носа Ствола».
Час от часу не легче.
«Чисто ради интереса. Нахрена? Ты ведь явно сам не собираешься их использовать, и, судя по тому, как меня наставлял, не особо горишь желанием отдавить их кому-то».
Свельд посмотрел на меня с довольной улыбкой.
«Из семечек Древа Мира гонится лучший самогон на свете».
Я ухмыльнулся в ответ.
«Угостишь им нас с Кунгамом, когда всё закончится».
' Не вопрос ' .
— Мы издеваемся, ты прав, — шагнул я вперёд, нависая над зеленоголовым. Его помощнички, явно тоже отлично осознавшие, какой разрыв в силе был между нами, почти синхронно, сделали шаг назад. — И что ты с этим сделаешь? Не думаю, что седьмой Корень придёт сюда лично по наши души.
— Ни мы, ни вы не достойны Его общества, — со странным, довольно рациональным фанатизмом, ответил зеленоголовый. — Но мы не одни на этом фестивале следуем за Ним.
— Не сомневаюсь, — поморщился я.
Если седьмой Корень был крестным отцом преступности в Вечном Древе, то здесь, в туристическом районе этого мирового скопления, каждый второй, если не каждый притон, бордель, клуб и игорный дом должен был быть битком набит его людьми.
— Вот именно! — довольно улыбнулся зеленоголовый. — Последнее предупреждение. Уходите отсюда сами, и мы сделаем вид, что ничего не было.
Это всё было большой проблемой, конечно. То, что выглядело как простой рэкет или выбивание долгов быстро превратилось в противостояние с одним из владык Великих Душ. Но с другой стороны, если разыграть всё правильно, это могло стать и возможностью.
— Ты сказал, что, если убью вас, то нам не будет покоя. Значит ли это, что ваша смерть станет чем-то вроде триггера?
— Да. Отправившая нас сюда Ветвь узнает, если кто-то из нас умрёт.
Ветви были на более низком, по сравнению с Корнями, уровне. Если Корень был в среднем равен по силе трём-четырём обычным Руйгу, то Ветвей для равного боя с одним Руйгу нужно было как минимум двое, а лучше трое.
Звучало совершенно точно не как что-то невозможное.
Взмахнув ещё раз кулаком, я за мельчайшую долю секунду превратил голову одного из помощников зеленоголового в кровавый фейерверк. А затем, чтобы ошмётки не забрызгали полки лавки Свельда, сжёг всё «мясо» молнией.
— Ты!.. — прошипел зеленоголовый, но через секунду выдохнул и ехидно усмехнулся. — Ты выбрал тяжёлый путь, ублюдок. Очень тяжёлый путь.