Глава 85
Воздух свистел в ушах, земля мелькала внизу лоскутным одеялом. С Мико, прижавшейся ко мне, лететь было… странно. Приятный вес, тепло её спины сквозь одежду, запах дыма и чего-то цветочного, что умудрялось цепляться к её волосам даже после всех передряг. Её рыжие пряди хлестали по лицу, но я не отворачивался. Она молчала, погруженная в свои мысли — то ли в горе по деду, то ли в сложный диалог с Фениксом внутри, то ли в предстоящее возвращение в столицу. Лишь резкий вдох или сдавленный вскрик вырывались у неё, когда я закладывал особенно крутой вираж или резко взмывал ввысь.
Внизу же проплывали картины, чем дальше, тем сильнее пугающие. Поля, частью заброшенные, заросшие сорняками, частью обработанные кое-как. Деревни — многие стояли пустыми, с покосившимися заборами и заколоченными окнами. Города… Боже, города. Следы пожаров чернели повсюду, и их было много. И это не выглядело пожарами трехлетней давности. И в городах было очень мало людей — ни оживленных улиц, ни торговых площадей. Контраст с восточными землями около города Пламенной Птицы, которые мы пролетали вчера, был разительным. Там — богатые поля, крепкие хутора, восстановленные или новые поселки с дымком из труб. Там чувствовалась рука Трора: жесткая, практичная, но работающая. Здесь же… Здесь царила разруха и запустение, тяжелая атмосфера упадка, от которой сжималось сердце. Королевские земли умирали, а Калед, судя по всему, был не в силах или не в состоянии это остановить.
Хаггард, восседающий на спине своего гигантского Улитки, периодически махал рукой, показывая направление или что-то кричал на ветру. Скорость его «скакуна» впечатляла — раза в два быстрее, чем когда его сдерживали лошади отряда. Борода развевалась на ветру, а на лице читалось ощущение восторга от скорости. Ну точно, байкер в душе…
Столица Королевства Лунного Света… Некогда сияющий белый город казался серым. Значительная часть предместий просто обветшала без ухода. Но не все. Выделялись ярким мозаичным пятном какие-то поля, с многочисленной охраной и домами рядом. Приглядевшись, я узнал место, а затем понял, что это разросшаяся ферма Хаггарда. Ну и масштаб…
Мы приземлились перед воротами города, и пару минут подождали стремительно догоняющего нас Хаггарда. Немногочисленная стража переполошилась. Двое стражников в потертых мундирах выбежали из караулки, уставившись сначала на мои крылья, затем на гигантского слизня, а потом на Мико, чья красота даже в дорожной пыли бросалась в глаза. Тут же выскочили еще двое, затем еще. Они тыкали пальцами, перешептывались, с круглыми от страха глазами.
Вот черт. По мне поднималась волна раздражения. Надо было подумать о маскировке. Или сразу во дворец лететь. Приземлился тут, чтобы Хаггарда из вида не потерять, блин…
Бородач же, ловко спрыгнув со слизня, хлопнул его по боку, вспыхнул силой, и спустя десяток секунд тот стремительно сдулся, а Хаггард скатал его и убрал в сумку за спину. Театральным жестом достал из пространственного кармана какую-то бумагу и решительно пошел к стражникам.
— Хорош глазеть, псы шелудивые! По постам! — рявкнул он, сунув бумагу под нос ближайшему стражнику. Тот, мельком глянув на печать Школы Белого Тигра, нервно кивнул и отступил, пропуская нас.
Мы вошли, и стало как-то грустно. Улицы, некогда кипевшие жизнью — торговцами, громогласно зазывающими осмотреть именно их товар, поглощенными своей работой ремесленниками, играющими детьми — были тихими. Слишком тихими. Конечно, тут остались и дети, и торговцы, и ремесленники, но их стало меньше. Дети были болезненно худыми, товаров меньше, но зато грязи на улицах значительно прибавилось. Три года… Всего три года — и столица превратилась в тень своего былого величия.
— Мда… — пробормотал Хаггард. — Пару месяцев тут не был, а стало еще хуже…
Я кивнул. Слова были лишними. Разруха говорила сама за себя. Мы шли по центральной улице. Конечно, многие лавки были на месте, а оружейные и вовсе процветали, судя по виду, но тут и там в глаза бросались вывески, знакомые по прошлому визиту, но теперь пыльные, потемневшие, а то и вовсе сорванные. Вдруг из-за угла выскочила стайка оборванцев. Грязные, но шустрые. Они играли в какую-то свою игру с камушками, их визг на секунду нарушил тишину, прежде чем они скрылись в другом переулке.
И только одно место выделялось — Школа Белого Тигра. Её белоснежные стены были чистыми, а у входа стояли двое учеников в опрятных формах, бдительно оглядывая улицу. И даже видны были тренирующиеся перед школой адепты. Островок стабильности в море упадка. Видимо, Лин Чжэн держал свою твердыню в порядке, несмотря ни на что.