— Как в крутых шпионских фильмах! — Чонёль сказал это настолько громко, что я, забыв, что лицо его защищено маской, прихватил его и ладонью прикрыл нарисованную линию улыбающегося рта.
— Вероятно, — нисколько не смутилась Мелисса.
— Нам нужно применять силу? — спросил я, отпуская брыкающегося тенеходца.
— Только мне. — Она убрала волосы назад и закрепила их канцелярской резинкой. — Подкараулим кого-нибудь. Смотрим непримечательных. Возможно, новичков. Кого-нибудь из непостоянного состава. Таких обычно плохо помнят на лицо.
— И как мы поймём, кто есть кто? — спросил Чонёль.
— На бейджи смотри, — опередил я Мелиссу.
— Ну да, — пробубнил он. — Куда мне до вас, умников. Уж простите, что тупой.
Я цыкнул на него, поскольку услышал неподалёку шаги. Мы притихли.
— Так можно целый день просидеть, — шепнул он спустя полчаса молчания. За это время нам на глаза попалось немало сотрудников, но одни не подходили из-за своих должностей, вторые зачастую не ходили в одиночку. — Идей получше нет?
— Предложи! — Мелисса улыбнулась, и было на её лице выражение некой нерешительности, которую она не хотела показывать (видимо, боясь расстроить Чонёля), но та всё равно просачивалась и давала о себе знать.
— Отломи мне маленький кусочек нефрита, — протянул он руку.
Она исполнила его просьбу. Чонёль исчез ненадолго, а когда вернулся, кусочек в его руке стал и того меньше.
— Где был? — спросил я.
Только сюрпризов от Чонёля нам и не хватало.
— Узнаешь, — ответил он.
В следующий раз, когда группка из нескольких стажёров проходила по тропе, один остановился и, покопавшись ногой в гравии, подобрал что-то. Он осмотрел находку, затем подождал, пока его коллеги отойдут подальше, и закрутил головой во все стороны, будто потерял что-то.
Чонёль победоносно хохотнул и приподнял нефрит к солнцу. Блеск привлёк оторвавшегося от своих товарищей стажёра, и тот направился прямо к нам. Тенеходец кинул драгоценность в траву. Нефрит блеснул, чем заставил жертву склониться и присмотреться к земле повнимательней. Пока он искал, что же такое он мельком увидел, Мелисса бесшумно вытянула руки и, схватив бедолагу за ноги, утащила под куст.
— Говорю же, — шептал он, пока Мелисса перевязывала рот испуганного стажёра платком. — Ничего сложного. Раньше я так подшучивал над людьми. Отделял от компашки, заманивал и…
— Пугал? — догадался я.
— Не то чтобы пугал, — почесал он затылок.
— Хочешь сказать, для веселья?
— Если весело кому-то одному, это трудно назвать весельем, — сказал он. — Просто пытался немного разнообразить их эмоциональный фронт… — Голос его звучал тише и тише.
Надо же! О каких вещах он, оказывается, знает! Ну слышал, по крайней мере…
— Фон, — одновременно поправили его я и Мелисса. — Ты молодец, — продолжила она, связывая нашего пленного, — твой опыт в познании человеческой натуры нам очень помог. На охоте главное знать повадки своей жертвы…
— Да какой он молодец, — возразил я. С кем связался? — Использовал свои способности, чтобы измываться над людьми.
— Поверь мне, — отмахнулся Чонёль, — те, с кем я это проделывал, заслужили своё наказание.
То же мне судья!
Я не стал спорить, закатил глаза и принялся читать, что написано на бейдже пойманного нами сотрудника. Тенеходцу бесполезно что-то доказывать. Да и не для того я здесь, чтобы переучивать его или перевоспитывать на свой лад.
Второй стажёр попался точно так же. Моё разочарование в человечестве было примерно на одном уровне с радостью оттого, что первая часть плана прошла успешно: мы каким-то чудом проникаем в лабораторию.
Вернее, я и Мелисса. Чонёль остался снаружи.
— Появлюсь и вытащу вас в тот же миг, как Королева позовёт, — восторженно заявил он. Я же глянул на Мелиссу. Ей-то тенеходец выбраться не поможет.
— Я не чудесная, — ухмыльнулась она. — Прежде чем они поймут, при всей той суматохе, что непременно возникнет, — она застегнула последнюю пуговицу на лаборантском халате и поправила бейджик, — что среди них есть человек-чужак, меня уже и след простынет.