С трудом я всё-таки включаю фонарь, потому что знаю, что Чонёль следит за тенями в здании. И они действительно бегут по полу, стенам, потолку. Тени людей, они ближе, чем я полагал. Видимо, приглушило меня на этот раз нехило.
Вдруг они начинают исчезать одна за другой. Из темноты неосвещённого коридора надвигается что-то тяжёлое, что-то неторопливое и одновременно быстрое.
Темынь?
Это первое, что приходит мне на ум и холодит кровь в ту же секунду, как осознание пронизывает тело. Но нет. Он просит вернуть ему что-то. Этот же ничего не просит. Он просто идёт.
Тень одна за другой тают в свете фонаря, и я перестаю слышать людей рядом с собой. Они вроде как стираются вместе с ними.
— Он идёт! — раздаётся у меня под ногами. — Идёт! Идёт! — летят шепотки отовсюду. — Прячься! Ну же! Пока он не увидел твою тень!
Страх берёт верх. Я выключаю фонарь и бегу прочь. Просто подальше. Скорость не помогает. Включается свет, обычный. Видимо, запасной, на случай сбоя. Слабенький, но рассыпающий сотни тусклых теней.
— Что… — показался Чонёль в одной из них.
Я толкнул его обратно и сам, не отпуская его плеча, прыгнул следом.
— Скорее! — толкнул я его снова, поскольку он находился в полнейшем ступоре. — Скорее! Корнелия за дальней дверью слева.
Чонёль ожил, заслышав нужные координаты. Он быстро прошёлся среди спин теневых жителей и махнул мне, остановившись рядом с одной из них.
Корнелия находилась в комнате, где стена была из стекла. Так животных в зоопарке содержат. Столько про нас написано книг, снято программ – и в каждой хвалят, говорят, что мы ценнейшее сокровище человечества. Но только гляньте, что творится за глухими стенами, когда никто не видит.
Пока Чонёль отвязывал её от огромного аппарата, жуткого и непонятного, я пытался разбить лампочки. То чудовище наверняка где-то рядом.
— Я видел твою тень, — услышал я, запрыгивая на стол, чтобы сломать последний источник света на потолке. — Тебе не спрятаться.
Корнелия вдохнула поглубже, когда Чонёль додумался снять фиксирующую маску с её челюсти. Казалось, сейчас закричит, но она спросила:
— Кто это сказал? Тот псих, что заходил сюда недавно и нюхал мои волосы?
Я пожал плечами. Кто его знает, но с меня и Темыни хватит.
— Включи фонарь, — сказал Чонёль. — Перенесу сперва Корнелию…
— Что? — спрятал я своё единственное спасение за спину. — Шутишь? Двоих сразу переноси!
— Не могу, ты же знаешь, — заторопился Чонёль. Теперь и он почувствовал то давление неизведанного существа, что сейчас к нам приближалось.
— Он не ты, — буркнула Корнелия. — Не бросит в беде! Хочешь нас всех погубить?
— Чем быстрее уйду, тем быстрее вернусь! — Тенеходец сказал это где-то над ухом. Секунду спустя холодные пальцы вырвали фонарь из моей руки.
Раздался щелчок переключателя, и вот в тонком столбе света упавшего на пол фонарика остался я один.
Я потянулся к нему, чтобы выключить, но услышал смешок. Не было смысла прятаться. Нечто держало при себе керосиновую лампу. Затем я осмотрелся и понял, что рядом с нами нет ни единой тени, кроме моей.
— Не ищи то, чего нет, — сказало оно. — Я съел их все, пока шёл к тебе. Чудесное дитя, дарует ли твоя тень ту силу, которой обладаешь ты? Вернёт ли она мне былое величие?
Я почувствовал, как что-то схватило меня за ногу. Склонил голову и увидел руку Чонёля, тянувшуюся из тени.
— Чего озираешься? — приблизилось ко мне нечто. — Ждёшь подмоги? Хорошо. Очень даже хорошо! Значит сегодня у меня будет двойной пир.
Чонёль потянул меня вниз, но моя тень растянулась, и я будто вместе с ней.
— Не могу, — шепнул он. — Не могу затащить тебя! Рука! Моя рука! Она застряла!
— Что там? — усмехнулось нечто. — Двинься чутка, дитя. Кажется, есть кое-что рядом с тобой. И это кое-что явно пытается прыгнуть выше головы.
Я стряхнул руку Чонёля, а затем и вовсе втоптал её обратно в тень. Он завопил. Не удивлюсь, если сломал ему запястье. Ничего. Всяко лучше сожранной тени. А вот что делать мне, тот ещё вопросец!