- Да уж, Санта-Барбара. - Пробубнила едва слышно.
- Чего? – Переспросила матушка, не расслышав.
- Мам, там Боянке худо, полощет её! – Выскочив из-за угла, прокричал Зелеслав.
- Ох, батюшки святы! - Вскочила женщина, а за ней и я, и вместе рванули в дом.
В боянкином закутке слышались характерные звуки. Мы залетели за занавеску и увидели сидящую на полу девушку, обнявшую руками ведро, которую не переставая, скручивали сильные спазмы.
- Вот тебе и кашка. – Брякнула я, наблюдая, как отпаивает прихваченной водой дочь, взволнованная матушка. - Желудок поди встал. Щас ей ромашки заварю, здорово поможет. Ты пока ей воды давай побольше. Щас я, мигом. – и выскочила готовить отвар.
Провозившись минут пятнадцать, принесла готовый настой, немного притормозившей в излияниях, Боянке. Вливая по глотку ромашку, дождались, когда девушку попустит и уложили утомленную в кровать. Но то и дело дергались, пока она вскакивала и уносилась на двор.
- Эх, потравилась знатно… Каша масляная, жирная, не стоило ей её скармливать. Вон живот так бурчит, что и нам сидя за столом слышно. Вот так вот, голодать! - Заключила осуждающе. - Да и, как я не подумала, что ей лучше бульона какого дать? - Сокрушалась искренне, очередной раз провожая сестрицу взглядом.
- Заварю-ка я ей ещё пожалуй полыни, закрепит кишки, хоть маленько… – Проронила, ни к кому не обращаясь и пошла к печи.
- Всем благостного. – Поприветствовала Плеянка, вкатываясь в избу, с балакающим, на своём детском, Кузьмой на руках. – Мам, как вы тут? Слышно чего?
- Здравствуй дочка, проходи садись-ка скорее, давай мне внучонка сюда. – Немного отвлекшись и притворившись беззаботной, и радостной, поприветствовала Чипрана, забирая заинтересованного Кузьку. – Ничего не слышно, токмо Боянка захворала. Дело ли, не есть стока?
- Ты не трусь, ничего страшного, потравилась жирной кашей, успокоила я расстроенную и взволнованную девушку. – Может хоть, как ходить вспомнит, а то всё лежит. – Пробурчала недовольно и печально.
- Батька не обьявилси? – Спросила гостья, забирая у сынишки кружку с недопитым отваром. – Это вода? Я дам ему?
- Это ромашка, коль хочешь дай. Он у нас парень крепкий, весь в папку и деда! Да, Кузька? – Разрешила, вытягивая разогретую воду из очага. - Чай не обсыпит. Зубы у вас лезут? - Поинтересовалась не глядя, заваривая полынь.
- Есть маленько, уж пятый наклюнулся. – Похвалилась девушка, отвлекаясь на меня.
- Не тревожься дочка, тебе нельзя. – Спокойно попросила матушка, тетехая внука. – Гоймир пока так и не показался. Ох и получит он у меня за такие отлучки. Вот, где его носит?
- Что делать-то теперь со всем будем? Люди такое по деревне болтают, аж диву даюся, как еще на месте не сгорели. – Напугано подняла Плеяна тему в пол голоса, еще и прикрывая ладошкой рот.
- Эх, знать бы... – Протянула матушка горько. - Не решили мы покамест. Батька сбежал. Не знама на кого и надеется. Хозяйство сыны благо не забросили, а-то хоть вой. Придется, видно, Боянку от седого увезти, иначе боюсь кабы не сотворила чего. – Прикидывала женщина, озираясь и косясь на закрытую дверь. - Да и мирно жить она тут всяко больше не сумеет. Люди, такого забыть не дадут. – Проговорила шепотом.
- Чего ж, к тетке в Болонь ушлете? - Уточнила я, желая развеять свои подозрения, не видя других вариантов.
- Наверное так, больше-то и некуда. – Утирая слезы, всхлипнула мать. - Ведка, я тут давеча Сению видела. Она велит тебе с ней возвращаться в избушку вашу. - Вспомнила встрепенувшись родительница.
- Когда ж эт она решила? Мне ни словом не обмолвилась поутру. – Изумилась такому фортелю.
- Не знаю дочка.- Обронила пыхтя. - Кузька, а ну косу отпусти, нече ее насасывать!
- И чего надумала? Куда она отправляться захотела, да и с кем? Батьки нет, Юско её, разве, что на погост вызовется свезти. Да и тати эти… Чего её надрало-то? – возмутилась обиженно.
- Какие тати? – Не поняла Плеянка, отпивая ромашки.
- Да так. Было там у нас, но миновало. – Успокаивала невестку, садясь ко всем за стол и случайно увидела, мелькнувшую тень под окном, как будто Зелеслав прошел, но как-то странно, словно прячется . – Отчего эт он тихориться? - Пробурчала подозрительно.
- Кто? – Вымолвила матушка, переводя взор на окно.
- Почудилось, Зелька мимо окна шмыганул, вроде как пригнувшись. Может побоялся, что приметим его?
- Надо взглянуть. – Проговорила Чипрана и легко поднявшись, двинулась на улицу.
Я одолеваемая любопытством, устремилась за ней. Из дали, мы увидели, умывающегося Зелеслава у колодца, повернутого к нам спиной. Приблизившись не сразу разглядели, что он смывает, струящуюся алую кровь с рассеченного лица. Матушка, с Кузьмой на руках, рванула вперед, воскликнув: