- Уехать хочет. – Поведала я. – К сестре батькиной в Перелубное.
- Далече, но может и к лучшему, я её помню, хорошая девка была, не крикливая, да и не судила никого. - Рассказала наставница, поднимаясь. – Пойду, скоро в избу воротимся, ты собирайся полегоньку…
Кивнув и поднявшись её проводить, пошла следом. Уже по возвращении, решила всё же перепроверить свой дар и убедиться в примеченной ранее ошибке. Догнав, зашедшую в баню сестру, что затеяла стирку, остановилась в дверях и долго её оглядывала.
«Не показалось... – Расстроенно подвела горький итог. – Надо сказать ей.» - Долго собиралась с духом и плюнув на сомнения, начала:
- Боян, послушай меня, ладно? – Замямлила неуверенно. - Я вижу, что ты затяжелела…
Сестрица, до того колотившая рубаху, обернулась и уставилась на меня, прищурив непонимающе глаза, которые с каждой секундой всё больше наполнялись паникой и страхом.
- Не может быть такого! Мы же один раз только! Не бывает, чтоб с первого раза! – Возмущалась девушка взволнованно, потрясая колотушкой.
- Я тебя удивлю сестрица, бывает, да ещё как. – Нервно хихикнула не сдержавшись, глядя на неискорененную бедами наивность. – Не хочу тебе такого говорить, но ежели ты захочешь, я могу тебе травку дать, которая вытравит его, покуда мал совсем. Ещё есть время. Я не знаю, как жизнь твоя сложится, но дите это не шутка, а в нашем миру тем паче. – Заметив, что для девушки и так потрясений многовато, поумерив пыл, посоветовала. - Хочешь давай матушку спросим? Она верное, что, подскажет. – И замолчала, ожидая.
- Мстишко скажу, что затяжелела – Решительно выпалила Боянка.
Я, ополоумев от бредовой идеи неожиданно резво подскочив, больно дёрнула ее, за торчащую из под платка прядь и сердито зашипела:
- Ты больная что ли? Не вздумай! Слышишь? Не смей ему ничего говорить. Ты, что хочешь, чтоб всё село знало, что ты брюхатая, тебе щас позора мало? И так все знают, не девица ужо, а тут ещё и эта весть.
- Да и плевать. Все одно уеду, но он пущай узнает.
- Так ты что ж, оставишь его? Может подумаешь? Как тебе с дитем сладить? Сама-то девчонка еще.
Боянка проскользнув мимо, вылетела из бани, с такой скоростью, что я, в нынешнем состоянии, такую кобылку, догнать не смогла и опрометью бросилась со двора.
«Ну, кто меня за язык тянул?»
- Куда ты? Стой, глупая! – Кричала в след, не поспевая.
- Ма, Боянка сбежала! – Произнесла стремясь, как можно быстрее, в горницу. - Она к Мстишко понеслась… - Пояснила, приметив спокойствие и недоумение на лице женщины.
- На кой ляд? – Переполошилась матушка, бросаясь подвязывать непокрытые волосы.
- Она тяжёлая оказалась, я ей с дуру и сказала. – Ответила сожалея и, как только эти слова вылетели из моего рта, поняла насколько опрометчиво поступила.
- Чего? Как тяжелая? Так, а чего ты мне-то для начала не поведала? – Кричала рассержено мать.
- Я и подумать не могла, что она сразу к нему рванет. Вроде же перегорела, за это время, да и к тетке уезжать решилась. – Мямлила виновато. - Я ей вообще-то рассказала про травку, что от бремени неугодного избавит. Такое ведь с наскока и не решишь, думала скажу, она подумает чего хочет, а там уж и решать станет.
- Боги прародители, не уж то нам мало? За, что кары такие? - Стенала Чипрана, устремляясь за Боянкой.
Я преисполненная чувством вины, двинулась следом, периодически притормаживая, чтоб отдышаться и переждать накатывающее головокружение, уже на подходе к дому Юско, подивилась стоящей кругом тишине.
«Не уж то всё мирно прошло?»
Минув распахнутую калитку, увидела сидящего на ступеньках хозяина, меланхолично лущащего семечки.
- О, ещё одна явилась! Чего вам тут мёдом намазано? – Пробурчал раздраженно мужик.
- А, где все? – Спросила, игнорируя такой нелицеприятный выпад.
- Там, в хате. - Вяло махнул рукой Юско в сторону входа.
- Я пройду? – Поинтересовалась для проформы.
- Ну, иди, коль пришла. – Снисходительно дозволил бывший староста.
Устремившись по известному уже маршруту, расслышала доносящиеся из горницы выздоравливающего, ровные, едва бормочущие голоса.
- Пойдем-ка бабёнки выйдем, надобно им потолковать меж собой. – Приказала знахарка, выталкивая взъерошенную матушку и возмущенную Чернаву.
И развернув на подходе и меня, выгнала всех троих из дому.
«Как же это хорошо, что Сения сюда наведаться решила, а-то неизвестно, что еще бы произошло.» - Думала про себя, отпуская охватившую нутро тревогу, пока матушка уцепив мой локоть, выволакивала сбитую столку творящимися делами меня, из дому.
Не мешкая, Чипрана покинула двор, таща меня с собой на буксире, замерев неподалеку, мы молча, ожидали у забора, наверняка, чтобы лишний раз не провоцировать и не смущать своим присутствием изъясняющихся жестами хозяев, пока Юско только отмахивался на явное недовольство Чернавы, она активно требовала погнать нас, сей момент. Сения остановилась недалеко от крыльца, ровно на середине пути между нами, как буфер, одним своим присутствием пресекая взаимные нападки.