Неожиданный свет быстро исчез и проморгавшись, я прямо напротив узрела свою призрачную фигуру. И эта голографическая я, отзеркаливала мои движения с задержкой в несколько секунд. Покрутив головой туда-сюда, обратилась к берегине, стоящей по ту сторону прозрачного двойника.
- Это, что такое? - Только и успела спросить, как снова вспыхнула сверхновой и так же стремительно потухнув, заметила, что нашего призрачного полку прибыло.
Подобное повторилось ещё несколько раз и в груди после вспышек, стало свободнее, исчезло чувство распирания, но и вместе с тем возникло какое-то опустошение. Тело ощущалось иначе, будто гравитация в раз уменьшилась. Засветившись снова, удивилась, что клонов прибавилось ещё на два.
- Такого быть не должно... – Промолвила Василиса, испуганно таращась. - Ты же истончаешься!
С трудом продрав налитые мутной пульсацией глаза, я попыталась разглядеть берегиню, но не сумела и переведя взор на свои руки, еле-еле их обнаружила. Они стали почти такими же прозрачными, как и появляющиеся вокруг копии.
- Ох, не к добру. Ты ж прижилась уже. Не должно быть так! - Всполошилась лиса, после повторного сияния, обегая меня кругом и в панике повелела. – Все вы, стойте тут и не разбредайтесь! - Выпалила плутовка и подпрыгнув, схлопнулась в воздухе в точку.
Через пару минут, когда меня накопилось на небольшой несанкционированный митинг, берегиня выскочила из ниоткуда, так же, как и исчезла, и приблизившись, накинула мне на шею огромную золотую, будто якорную, цепь, увитую по звеньям растительным узором и инкрустированную камнями всех цветов.
Я не устояв, рухнула под её весом, распластавшись по ультрамариновой траве богорощи, абсолютно обездвиженная, только глаза и моргали, да дыхание присутствовало.
- Полежи маленько, она воротит целость. Ну и продержит до мирохранительницы. – Предупредила Василиса, присев рядом, наблюдая за тем, как в меня, одна за одной, возвращаются потерянные части.
- Мирохранительница? - Спросила едва слышно, попытавшись приподняться и сесть.
- Ой, не тревожься, увидишь. Лежи смирно, себе же хуже делаешь! – Возмутилась проводница, проследив повернувшейся мордочкой за тем, как от моих трепыханий копии проносятся мимо и испаряются маревом.
Заметив сие непотребство, я сразу же послушно замерла.
- Почему меня так размыло-то? – Пропыхтела натужно, с каждой секундой, всё больше ощущая тяжесть собственных конечностей.
- Видать, ты так и сталась сырой. - Пробухтела невнятно. - Твоя сила, рождена богорощей, а дух украден. Не вросла в мир пока, оттого и дар, как положено впитать не можешь, потому и растворяешься. – Уговаривала саму себя лиса. – Больно было?
- Что больно-то? – Отозвалась растерянно.
- Когда дар врываться стал, больно? – Словно речь идёт о пустяке, полюбопытствовала посланница.
- Да. – Выдала резко, тяжело выдыхая . – Сколько ещё лежать?
- Как последняя возвернётся и пойдем, подсоблю в становлении.
- А те, что испарились? – Уточнила обеспокоенно.
«Не хотелось бы потерять части себя, мало ли, вдруг это что-то важное. В жизни всякое бывает, порой и пустяк может пригодиться.» - Промелькнула глупость в сознании.
- Наверное, со временем обернуться… - Неуверенно произнесла плутовка.
- Наверное? То есть, ты не знаешь? – Занервничала.
- Ой, а ты будто знаешь? И вообще лежала бы тихо, нечего б не потеряла. – Обиделась берегиня. – Всё вставай, последняя. – Оповестила через какое-то время кумушка, поднимаясь и уходя вперёд.
Я зазвенев, навешанным на плечи великанским произведением ювелирного искусства, сгибаясь под немалым весом, встала и медленно направилась следом.
Беснуясь внутри:
«И чего дуется? У меня тоже куча претензий имеется... Но я же терплю! Не бьюсь в истерике, не обижаюсь, как некоторые, не швыряюсь предметами, хотя наверное стоило бы. И в итоге всё равно виновата. Что за мир, что за порядки такие дикие?»
Бредя следом, при этом оглушительно гремя тяжелеными звеньями, я едва поспевала за шустрой зверушкой, что шла впереди на манер человека, иногда озираясь.
«Разве по грохоту, что я издаю, сложно с точностью до сантиметра определить, где я нахожусь?» - Крепясь, размышляла про себя, удивляясь осмотрительности проводницы.
- Василиса, погоди! Давай помедленнее, я спросить хотела о Ловчем, не гони ты так! – Прокричала, сильно запыхавшись.
Берегиня притормозила и позволила себя догнать.
- Я толком ничего и не ведаю о нем, тока тоже, что и ты. – Сразу отбрила провожатая.