- Думаешь? А, как на счет того, что он для меня, как дите родное? М? – Надавила, раздраженная таким небрежением. - Он же блаженный. Трижды намеревался меня убить! А я чего? - Поинтересовалась риторически и сама же ответила. - В уме придушить его готова, а в сердце, что кошка, вылизать всего, да обогреть.
Лисица подозрительно отведя взгляд, всех трех глаз, в сторону, нелепо забормотала:
- И чего? Тоже мне беда.
- А что по-твоему так и надобно? Чего ты темнишь? Отвечай! - Вспылила, не понимая этих дурацких недомолвок.
- То не моих рук дело, ясно? – Оправдывалась собеседница, мямля. – Я вроде и ведаю о некоторых тонкостях, но снять эти путы не сумею. Даже не гляди на меня! – Замахала Василиса лапками, отворачиваясь.
- Но для чего это? – Простонала я, увидев её категоричность в этом вопросе.
- Кажись, чтоб тебя ничего иное не отвлекло… Ты ж далече отойти не можешь? Нет. Бросить тоже! Убить или ранить даже не пытайся. – Осаживая мою фантазию, бросала фразы собеседница.
- Ох, погоди, не спеши. – Замотала растерянно головой, в конец запутавшись. - Он же может без меня?
- Да? – Удивилась берегиня. – Ну, значит пока да.
- В смысле пока? – Прищурилась подозрительно.
- Он не ведун, с богами связан меньше. И воля прародителей на него слабже давит, ты не тревожься, скоро и он тоже не сможет тебе вреда принесть. – Легко, с довольной улыбкой, как дурочке, объясняла рыжуха.
- Чего? И, как скоро! Как вообще это понимать? – заволновалась нешуточно, непроизвольно повышая голос.
- Ну-у-у. – Протянула лисица, оглаживая белый мех на шейке. - Точно не скажу. Главное же, он не сумеет тебе дурного сделать, верно? – Воодушевилась бестия, будто говоря: «возрадуйся неразумная.» - А ежели все-таки сделает, сам опосля и отхватит, тогда-то точно даже пытаться передумает. – Попустительски, завершила свою тираду Василиса.
- А ежели он до того меня придушить успеет? – Завопила ошеломленно.
- Ой, да ладно тебе? – Усмехнулась эта мисс непосредственность. - На кой ему это?
Я обессиленно, схватившись за волосы, хаотично прикидывала в уме всё, что за эти пару дней могло его во мне оскорбить, возмутить или просто разозлить, чтоб он нашёл оправдание скорой расправы надо мной. И выходило, богато-печальное множество причин.
«Господи. Ну, за что? Почему я? Зачем я вообще полезла его спасать? – Костерила свою жалость, оседая на белую тропинку. - Ну, утоп бы! Подумаешь. Никто б и горевать не стал. Кому он нужен-то?»
- О-о-ой, ну почему так не везё-о-от. – Завыла сквозь зубы. - Больше никогда, никогда не полезу никого спасать! – Зарычала злобно, отбивая ладони о красную землю. – Теперь только, как в джунглях: «каждый сам за себя.»
- Пойдем уже, ведь почти пришли. – Попросила берегиня утомленно, странно на меня косясь.
С усилием встав на ноги, я побрела дальше. Настроение было никаким, весь запал вышел и только, сваливающаяся при ходьбе, цепь напоминала, что я всё ещё здесь и должна закончить начатое.
Впереди, меж пестрящих безумными красками, деревьев, показался просвет. Мы вышли на открытую, находящуюся под куполом непонятного мрака, местность.
«Странно, откуда тень? Кроны деревьев слишком редкие для такой тьмы.» - Мелькнуло озадаченное.
- Вот гляди, это мирохранительница! – Гордо возвестила Василиса.
Впереди находилась огромная выемка в земле, края которой были высечены из куска горного хрусталя. Всё дно и стенки чаши преломлялись от непонятного сияния, скользящего по острым граням хрупкого на вид кристалла. Внутри импровизированной купели самопроизвольно плескалась, мутная желто-серая жидкость. От неё исходило испарение, отчего воздух вокруг был неприятно горячим и чрезмерно влажным.
- Давай полезай. – Указав в хрустальную чашу лапкой, приказала Василиса.
- Зачем? – Недоверчиво отозвалась я. – Да и как? До воды, или что там налито, метра два, всё усыпано осколками, я ж изрежусь. – Не уступила, жалея себя и свое здоровье.
- Ну, как-то так. – Безразлично вставила берегиня, чему-то веселясь. - Не мне ж тебя нести. Мне туда не надо.
- Так и я не хочу, - пробухтела неодобрительно. – Ты так и не сказала зачем?
- Ох, ты чего такая дотошная? Нет бы сделать, а опосля уж судачить, так нет, стоим балаболим, тока времечко тратим. – Накинулась на меня лисица.
Я состроив гримасу с выражением: «ты сейчас серьезно?», молча ждала пояснений. Устав прожигать меня всеми глазищами, Василиса протерла шейку лапками, забормотав.
- Затем, чтоб ты не растеклася тут в потоках. Я ж говорила, ты силу не впитываешь, а должна. – Возмущенно пояснила собеседница, поглаживая подвернувшийся под лапки хвост.