- Ты откуда взялся? Чуть не померла со страху. – Просипела в пол голоса, пригвождая его взглядом.
- Тихо! – Шикнул мужчина, ложась ниже и вдавливая мое лицо в землю, которая тут же забила нос и заткнула, возмутившийся было, рот.
- У-у-у – Промычала еле сдерживаясь, чтоб не выдать себя, лупя соседа по схрону куда придется. - Ты ополоумел? Задушишь!
- Тоже мне, коли пожелал бы, уже б преставилась. – Довольно хохотнул этот мерзкий тип. – О, гляди, повязали детину. – Указал Родагост, заинтересованно кивая.
Отплевавшись, посмотрела на место сражения, где здоровяка и его соратников, всех местами раненых, подвязав за кисти веревками к лошадям, повели обратно в чащу.
- Вот же ж ляпок! И чего тепереча? – Пробормотала, слушая доносившиеся крики ужаса и паники.
- Хм. Не уж то сними орать хочешь? - Обратился охотник, скептически приподнимая удивленную бровь.
- Нет. Но не бросать же их? - Посетовала сокрушенно, прикидывая риски.
«Вдвоем уже не так страшно, да и Ловчий подстрахует или отвлечет внимание на себя, тогда я точно успею, нити прижать. Убить не убью, но, хоть усыплю.»
- Ну, - протянул Родагост задумчиво, поднимаясь. - Туточки одна дурная мальва, мало благ принесет, разве тока сама пропадёт…
- А ты не пособишь? – Спросила ехидно, наблюдая, как мужчина отряхивается.
- А на кой оно мне? – Философствовал негодяй, отбирая грязную птицу.
-Ты ж можешь… - Начала запальчиво. – Там люди гибнут. У тебя, что ничего не ёкает?
- Нет. – Безразлично выплюнул мерзавец. – Ты лучше покумекай головушкой, ты сути не ведаешь, чего они сцепились не знаешь, а уже хочешь башку дурную сложить в неравном бою. Может, мужики эти чего увели у барина какого? Ты конников не оглядела. А вот я подметил, не тати они, вояки подневольные, так что не че лезть.
Я же несколько секунд смотрела, на удаляющуюся спину, вроде и правильно говорящего мужчины, отряхивающего сор с потрепанной тушки, но внутренне была не согласна.
«Ты же можешь помочь, я-то теперь знаю на что ты способен!» - Думала ерзая на месте.
А дальше, будто меня кто за руку дернул, подскочила и припустила на шум в чащобу.
«Куда меня опять несет? Проклятая искра! – Сокрушалась шокированная своим поступком. – Я ж не справлюсь. А если это гад не пойдет следом, все, пиши пропало.»
- Господи, Боги-прародители если эта дурость ваших рук дело, не оставте, подсобите! - Взмолилась, увеличивая скорость.
Нестись напролом через заросли, я вам скажу, это кошмар, только и успевай глаза руками прикрывать, от хлещущих веток, да пригибаться от тех, что потолще. Хорошо, что летела я, как полоумная, лишь пару минут, при этом, совершенно не ощущая ног под собой. Вижу же, что вот они, движутся, а остановиться не выходит, словно все нервные клетки атрофировались. И нестись бы мне так ещё долго, да только как-то внезапно появился передо мной овраг, в который я и ухнула, наконец, сумев остановится. К сожалению, низина эта оказалась сырой и холодной, и все дно в ней было покрыто грязью, в которой разумеется, ваша покорная слуга и прилегла отдохнуть. Лежа в жиже, слава богам не вонючей, обескураженно рассматривала раскинувшиеся кроны, уходящих высоко вверх, деревьев.
«Сума сойти! Это, что такой сейчас было?» - Думала, разрывая лёгкие и сглатывая, ржавую на вкус, слюну.
- Давай сюда! – Кричал кто-то наверху. – К дереву их подвязай, токмо туже, а-то этот все путы на раз сдерёт! – Противно наставлял голос, завершив приказ мерзким гоготом.
Услышав голоса, не замечая собственного состояния, проворно поползла по склону, чтоб увидеть и оценить происходящее. Оскальзываясь, стряхивая с рук налипшую грязь, цепляясь за проросшую повыше траву, как могла быстро, вскарабкалась на свет божий. Прямо за оврагом была неширокая лесополоса, метров десять-пятнадцать, с очень реденькими деревьями, хорошо просматриваемая со всех сторон, моему взору открылась большая поляна, уже по осеннему кое-где увядшая и желтая.
«Благо, что я грязная, как черт, оттуда сразу и не разглядишь.» - Отметила практично, посильнее натирая щеки, нос и лоб вымаранными руками.
По ту сторону жиденьких стволов, стояли несколько телег, на земле подле которых, прижавшись к друг другу и придерживая перепуганных детей, сидели женщины и девушки, ревущие, правда не в голос, грязные и ужасно напуганные. Они исподтишка поглядывали на вояк, снующих меж повозок и отбирающих оставшихся мужиков в отдельную кучу, отталкивая их подальше от близких.
«Обоз человек на двадцать, может двадцать пять. Даже дети есть, мал, мало меньше. - Прикинула в уме, решая, что теперь с этим делать. - Можно спеленать парочку, но остальные явно не пропустят мимо ушей, рухнувших без сознания товарищей. Ловчий бы пригодился, отвлек бы на себя одного, ну или двух, а там бы я уж успела… - Размышляла, вытягивая шею. – Жаль на пленников не положиться. - Заметила, рассматривая, как их заваливая на колени, связывали по рукам и ногам.»