— Работая со ску, знай законы ску!..
— Нанимая в Форте ааори, помни, кому они служат! — неожиданно жёстко возразил эр Ненари. — Мне напомнить?
— Тогда он должен был сделать всё бесплатно! — возразил посол. — Либо ты служишь Императору и берёшь от него плату, либо ты «тракскано»!
Эр Ненари нахмурился, а в наступившей тишине из-за дверей зала отчётливо донеслось:
— Я сейчас вышибу эту дверь! Если ты ещё раз мне скажешь, куда я могу входить, а куда нет!.. Наглый мальчишка!.. Я и в тронный зал к Императору могу!..
— О боги!.. — еле слышно и устало пробормотал эр Ненари.
И дверь зала всё-таки вышибли.
— Порча! — рявкнул в возмущении кто-то из ску, а остальные привычно потянулись за оружием. К счастью, всё звенящее и острое у них отобрали при входе в зал.
Впервые за последний час я обернулся и посмотрел на вход. Собственно, несложно было догадаться, кто входит в тронный зал к Императору без стука и приглашения. Да и голос был знакомый. Мастер Ксарг собственной персоной! И теперь он с живым интересом разглядывал толпу ску.
— А! Шрам! Ты-то мне и нужен! — обрадовался Ксарг, заметив меня. — Эр, вы не против, если я заберу Шрама?
Эр Ненари даже поперхнулся от такой бесцеремонности. Впрочем, не он один.
— Вообще-то против, мастер, — заметил он. — Тут у нас, знаете ли, разбирательство…
— С кем? — удивился мудрец, снова оглядывая зал. — Что опять натворил Шрам?
— Это касается статуи одной богини, а разбирательство началось по просьбе делегации ску…
Мудрец неожиданно начал смеяться, даже за живот схватился.
— Ну что смешного? — не понял правитель Форта.
— Разбирательства со ску? — Ксарг еле выдавил из себя эту фразу. Пришлось ждать, пока он отсмеётся. — Эр, боги, до слёз… «Ску обманут»! Не надо с ними церемониться.
Мудрец двинулся к трону сквозь делегацию ску так, будто там был пустой зал. Только посол гордо стоял, сжав дрожащие губы, и не хотел уступать ему дорогу.
— Кыш! — помахал ему мудрец кистями рук. — Кыш!
И гордый посол отступил.
— Мастер, раз уж вы пришли… Может, вы как раз и разрешите наше противоречие? — поинтересовался Энари.
— В чём вас пытались обмануть? — поинтересовался Ксарг.
— Если ааори нанялся к ску, кем его считать? Ааори, который служит Императору, или «тракскано»? Уважаемый посол ску настаивает, что если взять деньги от ску, то будешь тракскано…
— Ну вот как сказать… Неуважаемый посол может сесть на пол, поднять ногу и вылизать себе причинное место? — поинтересовался мудрец.
— Я не животное, порченый! — взревел посол, вызвав счастливый смех мудреца.
— Ну вот и ааори не может быть «тракскано», потому что… Если я не ошибаюсь, «тракскано» — это должный ску, нанявшийся на службу по приказу своего вождя и с разрешения своей семьи. А у ааори — нет семьи.
— Если нет семьи, то тогда по приказу вождя! — зло возразил посол.
— Не вождя! И не по приказу! — наставительно заявил Ксарг. — А с его императорской полубожественности разрешения! Вы, кстати, не забыли обратиться в имперскую администрацию за этим самым разрешением?
— Он заключил договор! — как-то неуверенно возразил посол.
— Конечно, обычный договор на оказание услуг, — кивнул Ксарг. — Вот услуги он и оказывал, в рамках договорённостей. Причём тут «тракскано» и прочее ваше мракобесие? Всё, надоел, замолкни… Эр? Мне всё ещё нужен Шрам!
— Нам всё ещё нужно закончить разбирательство, — устало возразил эр Ненари.
Ксарг тяжело вздохнул и развернулся к ску. Под его тяжёлым взглядом они как-то сразу притихли.
— Кто истец? — серьёзно спросил Ксарг.
— Вот он, мастер, — Энари услужливо показал на Харато.
Мудрец подошёл к вождю, с интересом его рассматривая, и некоторое время стоял молча:
— Как тебя зовут? — наконец, спросил он.
— Харато! — вождь, несмотря на страх, нашёл в себе силы выпрямиться.
— Неверно! Ты тот, кто решил, что может решать чужие судьбы, и определять, кто человек, а кто — порченый. Ты решил, что можешь поступать с порчеными, как с животными. И за это я называю тебя животным, и ты будешь всегда животным, — ответил мудрец, благожелательно улыбнувшись. — А если ты против, то я попрошу у его императорской полубожественности Эотана Четвёртого две «руки», приплыву к тебе на остров и буду «портить» мудростью твой род до последнего потомка. И тогда другие ску, посчитав вас порчеными, и впрямь начнут охотиться на вас, как на животных. Ведь так вы всегда поступаете, да? А у животных нет имени, только клички. Так как тебя зовут?