- Может быть, три, а может, и четыре, - сказал полковник. - Эта земля стоит больше, чем весь Английский банк.
- Если они не захотят арендовать землю, пускай дадут два миллиона за половину, а не выхватывают куски. Я не собираюсь отдавать свою землю даром, во всяком случае - не всю.
Гарри сказал полковнику, что надо протолкнуть это дело побыстрее весна не за горами, а тогда он, Гарри, не сможет болтаться в Вашингтоне. Он нужен Филу, Фил затевает что-то грандиозное в Пенсильвании.
- А что там такое? - осведомился полковник, всегда готовый заинтересоваться всяким крупным начинанием.
- Он нашел угольную гору, вот и все. Собирается весной рыть шахту.
- Ему нужны деньги? - спросил полковник тоном человека, склонного тщательно все рассчитать, прежде чем вкладывать в какое-либо предприятие свой капитал.
- Нет, не нужны. Его поддерживает старик Боултон. Деньги у него есть, но, наверно, для начала ему понадоблюсь я - у меня есть опыт по этой части.
- Если я тоже понадоблюсь, передайте, что я приеду, когда конгресс прервет работу. С удовольствием помогу Филипу на первых порах. Этому юноше не хватает предприимчивости - взять хотя бы дело с рекой Колумба. Фил не понимает, какие ему представляются возможности. Но он славный малый, и вы ему скажите, что на Селлерса он может рассчитывать.
- Кстати, - сказал Гарри, - что это за красавчик увивается за Лорой? Я вижу, он всюду с ней - и в Капитолии, и в карете на прогулке, и у Дилуорти он бывает. Не будь он хромой, я бы подумал, что он собирается с нею сбежать.
- Ну, это пустяки. Лора знает, что делает. Он добивается возмещения за хлопок. Бывал в Хоукае во время войны, был тогда полковником, Селби его фамилия. Он женат, семейный человек. Эти Селби очень почтенные люди.
- Ну, если это всего лишь деловое знакомство, тогда ладно, - сказал Гарри. - Но только, если женщина посмотрит на меня такими глазами, как Лора на этого Селби, я сразу понимаю, что к чему. И про них уже начинают болтать, уверяю вас.
Ревность, без сомнения, обострила наблюдательность Мистера Брайерли. Будь Лора сама царица Савская, совершающая путешествие по Америке, она не могла бы обращаться с ним более высокомерно и снисходительно. И он, задетый, раздосадованный, выполнял ее поручения, передавал ей сплетни и слухи и хвастал своим близким знакомством с очаровательной мисс Хокинс перед своими приятелями-журналистами.
Жизнь Лоры стала теперь бурным потоком интриг и светских развлечений. Она блистала на балах, которые задавало самое легкомысленное общество; подозревали, что она бывает на тех сомнительных ужинах, которые начинаются, когда люди добрые ложатся спать, а кончаются на рассвете. Если сенатор Дилуорти и напоминал ей о необходимости соблюдать приличия, она умела заставить его замолчать. Быть может, у нее была какая-то власть над ним, а может быть, без нее он никак не мог бы осуществить свои планы и принести благоденствие чернокожим.
Лора виделась с полковником Селби и явно и тайно. Она непременно хотела встречаться с ним, какие предлоги он ни отыскивал, как ни старался ее избегать. Она не находила покоя; страстная любовь, ненависть, ревность охватывали ее, сменяясь, точно приступы лихорадки. Порой она ластилась к Селби, старалась его задобрить, пускала в ход все свои чары, - а потом осыпала его угрозами и упреками. Чем он занимается? Почему ничего не делает, чтобы вернуть себе свободу? Почему не отошлет жену домой? У Лоры скоро будут деньги, много денег. Можно уехать в Европу... куда вздумается. Не все ли ей равно, что о ней скажут?
И он обещал, и лгал, и изобретал все новые предлоги для промедления, трусливый игрок и прожигатель жизни, он боялся порвать с нею, а в иные минуты ему и не хотелось от нее отказываться.
"Эта женщина не знает страха, - говорил он себе. - И она следит за мной, как ястреб за куропаткой".
Жене своей он сказал, что Лора Хокинс - кулуарная деятельница, которую он вынужден терпеть, чтобы при ее помощи добиться возмещения за хлопок, а тогда он ей заплатит и отделается от нее.
ГЛАВА X
ГАРРИ БЕЗНАДЕЖНО ВЛЮБЛЕН
gildag17.gif*
______________
* Ее отказ разжег в нем жар любви:
В чем нам отказано - то нам всего дороже. - Тадж эль Ароос (арабск.).
Egundano ycan daya ni baydienetacoric?
Ny amorriac enu mayte, nic hura ecin gayecxi.
Bern. d'Echeparre *
______________
* Я несчастней всех на свете,
День и ночь брожу тоскуя.
Хоть она меня не любит,
Бросить деву не могу я. - Бернардо Дечепарре (баскск.).
Генри Брайерли постоянно бывал в доме сенатора Дилуорти и стал там настолько своим человеком, что приходил и уходил когда вздумается. Сенатор был довольно гостеприимен, любил принимать у себя, а веселый, шумный, словоохотливый Гарри развлекал его; ведь даже самым благочестивым людям и самым занятым государственным деятелям надо когда-нибудь и отдохнуть!
Сам Гарри искренне верил, что он чрезвычайно полезен делу создания университета для цветных и что удача всего этого плана в значительной мере зависит от него. Немало послеобеденных часов провел он, беседуя об этом с Дилуорти. Он даже подумывал, не взяться ли ему преподавать в новом университете гражданское машиностроение.
Однако не общество сенатора и не его обеды (о которых этот шалопай говорил, что там многовато застольных молитв и маловато вина) привлекали Генри Брайерли в этот дом. Бедняга околачивался здесь день за днем, дожидаясь, когда ему посчастливится увидеть Лору хоть на пять минут. Ради того, чтобы пообедать за одним столом с нею, он готов был сносить нескончаемую скуку послеобеденной беседы с сенатором, когда Лора куда-нибудь выезжала или же, сославшись на усталость, уходила к себе. Иной раз он сопровождал ее на какой-нибудь званый обед, и уж совсем редко выдавались блаженные вечера, когда она оставалась с ним в гостиной, - и он пел, оживленно болтал, был неистощим на выдумки, изображал и фокусника, и чревовещателя, - словом, развлекал ее, как только мог.
Он был немало озадачен тем, что все его обаяние ничуть не действует на Лору: до сих пор женщины все как одна считали его неотразимым. Изредка Лора бывала необычайно добра и мила, даже немножко баловала его, снисходила до того, чтобы испробовать на нем свое умение нравиться и обворожить его еще сильнее. Но все это, как с досадой думал он после, происходило с глазу на глаз, а на людях она была недосягаема для него и никогда не давала повода заподозрить, что между ними что-то есть. Его не удостаивали разрешения всерьез флиртовать с нею при посторонних.
- Почему вы со мной так обращаетесь? - сказал он однажды с упреком.
- Как обращаюсь? - самым нежным тоном спросила Лора, удивленно поднимая брови.
- Вы прекрасно знаете. В обществе вы всегда окружены другими, а меня и не замечаете, как будто мы даже не знакомы.
- Что же мне делать, если люди ко мне внимательны? Не могу же я быть грубой! Но мы с вами такие старые друзья, мистер Брайерли, и я никак не думала, что вы станете ревновать.
- Да, судя по тому, как вы ведете себя со мной, я уж очень старый друг. На том же основании я могу заключить, что полковник Селби очень новый ваш друг.
Лора быстро взглянула на него, словно собираясь резко ответить на эту дерзость, но сказала только:
- А при чем тут полковник Селби, нахал вы этакий?
- По-вашему, может быть, и ни при чем. Только вы слишком часто появляетесь в его обществе, об этом говорит весь город.
- А что говорят? - спокойно спросила Лора.
- О, много всего. Но вас, наверно, оскорбляет, что я упомянул об этом?
- Нет, ничуть. Вы мой настоящий друг. Я чувствую, что могу вам довериться. Вы не обманете меня, Гарри? - Она посмотрела на него так доверчиво и нежно, что вся его досада и все сомнения мигом растаяли. - Так что же говорят?
- Некоторые говорят, что вы из-за него потеряли голову; другие - что вы им интересуетесь не больше, чем десятком других, но он влюблен без памяти и того и гляди ради вас бросит жену; а некоторые говорят, что нелепо и думать, будто вы связались с женатым человеком, и что вся ваша близость основана на этом деле с возмещением за хлопок, и Селби хочет воспользоваться вашим влиянием на Дилуорти. Но вы же знаете, в Вашингтоне про всех так или иначе сплетничают. Я бы не обращал внимания на сплетни; но, по-моему, лучше вам встречаться пореже с этим Селби, Лора, - продолжал Гарри, воображая, будто у них с Лорой теперь такая дружба, что она прислушается к его совету.