- Выходит, все же, не очень нормальная, - фыркаю, - я бы, на ее месте, нашла куда потратить лишний час.
- Это точно, - протягивает Игорь. В этот момент распахивается дверь, и в зал влетает худенькая девушка со сбившейся прической, очками чуть набок, и кучей пакетов, висящих на руке. Она по дороге, оставляет все на кресле первого ряда, становится перед сценой. Оглядывает нас.
- Привет, ребят! Извините, задержали в деканате… Для тех, с кем еще не знакома. Я Инга Витальевна, и этот номер буду ставить именно я. Так как у меня за плечами балетная школа и приз чемпиона международного конкурса Классического танца… В общем, - неуверенно улыбается, поправляя очки, - я секу в теме, - подмигивает и улыбается, вызывая сдавленные смешки.
Боже, за что только мне все это? Может, в прошлой жизни я грешила? Очень-очень?
- Так, давайте мы посмотрим на пары. Встаньте на сцену с партнерами. Вы должны визуально друг другу подходить…
Послушно поднимаемся и встаем рядом со своими партнерами. Инга хмурит брови придирчиво нас оглядывая.
- Мне нравится, - указывает на одних, - и вы, и вы, и… - оглядывает нас с ног до головы. Игорь выше меня на пол головы. Он светлый, я относительно темненькая. Он худощавый, но и я, назовем это, не с широкой костью. Мы хорошо смотримся, здесь не нужно быть оракулом.
– Вы тоже. Итак, от нас хотят классический вальс. Кто из вас его умеет танцевать? Лес рук, - хмыкает, - ну, как вы понимаете, для человека умеющего танцевать, не должно возникнуть проблем…
В общем, на всю эту постановку ушел ровно час, и это мы только решали организационные моменты. Можно подумать, мы собираемся выступать перед президентом не меньше.
- Думаю, Инга-Баломонстр уверена, что он будет присутствовать, - ответил Игорь, когда я ему это озвучила. Мы вместе выходим из университета. Хотя, если честно, парень сам меня догнал, и начал идти со мной в ногу. Есть вероятность, что кто-то кому-то понравился!
- Баломонстр, - хмыкаю, - мне определенно по душе. И ей подходит.
- Ты отлично двигаешься, - неожиданно проговаривает Игорь. Ладно, пару кружков по сцене тоже были. «Чтобы почувствовать партнера». И возможно, мой мне немного импонирует. Или это его аромат Хьюго Босс. Ну, вообще, я латентная феминистка, и потому мне не свойственно терять голову от красавчиков. Даже если они такие милые, как мой партнер.
- Я тут ни при чем. Мама всегда мечтала о дочери-принцессе, потому и классические танцы, а иногда, вспомню-вздрогну, и платья с рюшами.
- А на деле? – Игорь останавливается, думаю, ему нужно в другую сторону. Парень явно оценивающе меня оглядывает. Вот и он начинает терять очки по моей балльной системе.
- А на деле, выросла девочка-принц, - отзываюсь и парень коротко смеется.
- Увидимся, «принц», - поднимает руку и, действительно, разворачивается в противоположную сторону от общежитий, куда я спешу, чтобы бросить вещи и переодеться. И если, Мальвина все еще заботится о моей фигуре, то и перекусить.
Из дневника Ульяны:
12.05.2012 г.
«Я спала в своей комнате. Пыталась уснуть, под протяжные стоны охи и вздохи за стеной. Так происходит уже второй месяц моего личного ада на Земле. Мама начала встречаться с Юрцом, прожжённым дальнобойщиком. От него всегда воняет грязным телом и сигаретами. И взгляд такой скользкий, неприятный. Он совсем не похож на папу. Что мама в нем нашла? Где она его нашла? Как она могла… Ведь был папа. Разве папу можно заменить… Так быстро? Соня говорит, что женщине тяжело без мужчины, нам пока не понять, но одиноким, когда за тридцать, очень трудно. Она так говорит, потому что ее мама тоже переживала подобное. Только ее родители развелись. И оба повторно заключили брак, с другими
людьми, естественно. Хотя, что в этом естественного? Разве не должно быть «один раз и навсегда»?
И вот, ближе ко второму часу ночи, скрип кровати прекратился. И они стихли. Я отложила книгу Льюиса Клайва «Хроники Нарнии», которую пыталась прочесть, конечно же, попытки были тщетны, но они были. Выдохнула и укрылась легким одеялом с головой.
Где-то под утро, сама не знаю почему, я проснулась. А когда повернула голову, аж вздрогнула. Дверь в моей комнате была открыта. На пороге стоял Юрец и смотрел немигающим взглядом. Заметил, что проснулась и оскалился. Кивнул и вышел.
Стало очень не по себе. И все как-то быстро, я даже вскрикнуть не успела. Чего это он на меня уставился, когда я сплю? Может, он маньяк-убийца?
Папа, папочка, папуля. Если ты меня там читаешь, пожалуйста, убери этого дядьку из моей жизни. Я его боюсь. Мне, правда, страшно»