- Д-да, да, конечно…- справляюсь, наконец, с удивлением.
Парень подаёт руку подруге, и они вместе выходят к танцующим парам. Я даже не заметила, как акробаты, закончив выступление, освободили место на площади, и теперь менестрели играли знакомые здешнему люду мелодии современных танцев.
Поглазев немного на кружащихся в быстром ритме горожан, и отметив, что пожилые пары вместе смотрятся милее всех остальных, покинула периметр условного танцпола.
Я пребывала в смятении. Нет, не потому что узнала об возможных отношениях Марианны и Фарстома, а от того, что подруга даже не посвятила меня в свои планы и так просто оставила одну меж толпы. Я действительно рада, что у неё наклёвываются отношения. Главное, чтобы Машка была счастлива! Но у меня всегда возникал вопрос, что с Лизой, что сейчас: «а я?».
Как всегда, в саркастичной манере отвечаю себе:
«а Я последняя буква в алфавите».
Да, дружба – это не отношения, но всё же это чувства, это привязанность. Потому я считаю нормальным испытывать дискомфорт в таких случаях, как подобный, правда, мне стоит реагировать не так болезненно. Что ж, буду учиться и этому.
Побродив по площади, я встретила парочку знакомых лиц. Немного поболтала с дедушкой Кальясом и познакомилась с его близкой подругой, перекинулась парой общих фраз с Вэл и Крисом, составила компанию Тэсии и её сестре за кружкой сладкого вина. Увидев Флава и Анжа, хотела чуть ли не подбежать к ним, но что-то меня остановило. Как ни посмотри они наслаждались обществом друг друга, и никто другой в тот момент им не был нужен.
Так замечательное настроение сменилось странной печалью. Часы на площади показывали начало десятого. Недолго думая, я решила вернуться в общежитие, но подходя к академии, вдруг вспомнила о витражах в коридорах третьего этажа. Они изначально привлекли моё внимание и были прекрасны в закатные часы - зарисовки из разных историй в них словно оживали.
Бывает, вдохновение нахлынет мгновенно и побуждает на разные непонятные подвиги. Потому в данный момент мне жутко захотелось увидеть эти витражи - как они выглядят ночью, когда свет двух полных лун проходит сквозь цветное стекло. К моей радости попасть в академию и незамеченной подняться по лестнице было легче простого, ведь даже адепты Военной академии, проходившие у нас практику, были на празднике или отдыхали у себя в комнатах.
И вот шагая по широкому коридору, я любуюсь застывшими под холодным лунным светом угрюмыми героями: выдающимися эльфами, оборотнями, вампирами, драконами, даймонами, гномами и людьми, а также великими королями, сражающимися с недругами своих земель. И чем дальше по коридору иду, тем яснее слышу тихую, нежную мелодию клавиш.
Любопытство и слабость ко всему прекрасному привели меня к приоткрытой двери тренировочного бального зала.
Я не эксперт в музыке. Порою, больше ценю её эмоциональную составляющую, чувства, которые вкладывает исполнитель в каждую неправильную ноту. Так услышанная невзначай мелодия смогла найти во мне отклик. Я просто села на пол, облокотившись на вторую створку двери, и погрузилась в мир далёкий от реальности.
А в том мире мои идеалы окончательно и с треском не рушились. Люди были добрее, выходили за рамки потребительских отношений. Друзья так легко не забывали про друг друга, лишь повстречав любимых. В том мире я не была такой жуткой эгоисткой, и принимала с радостью, без лишних волнений счастье близких мне людей. Мне не было там ни грустно, ни печально, потому что в том мире я привыкла к одиночеству и без труда отпускала тех, кто больше во мне не нуждался. Там я не считала себя жалкой и глупой. А ещё у меня был тот, кого я любила, кому дарила всю свою неуклюжую, возможно даже нелепую, но особенную, искреннюю, самую что ни на есть настоящую любовь. Там она была взаимной.
Я не замечала, как мелодии сменяли одна другую, смотрела на витраж перед собой, в котором странные существа сражались не на жизнь, а на смерть. Своих слёз я также не ощутила до тех пор, пока сбоку не распахнулась дверь.
- И что, позвольте спросить, адептка делает в академии ночью?
Мужской голос напугал до звёздочек перед глазами. Я отшатнулась к дверному косяку, растерянно посмотрев на ректора снизу вверх.
- Что у вас случилось? – мрачно всмотрелся в моё лицо мужчина.
Осознание своего потрёпанного вида привело меня в ещё больший ужас. Вытерев рукавами платья остатки слёз, быстро встала и чётко ответила:
- Ничего не случилось.