Свекровь у меня действительно любимая. Пока мы жили с ней под одной крышей, было сложновато, но это больше от того, что ее всегда слишком много. В остальном у нас обычные отношения двух людей без попыток доказать что-либо друг другу, помешать в чем-то или же уколоть по больнее. Нет, конечно, были и есть моменты, ситуации когда хотелось бы и сказать свое фи, но в таких случаях мы держали негласный нейтралитет и просто не высказывали свое мнение, просто делали каждая по своему, либо же кто-то отходил в сторону. При чем это все решалось тоже молча, само как-то. Да, блин, у меня с свекровью отношения лучше, чем были с матерью! Но и там не критично было, просто характеры у нас одинаковы и мирно сосуществовать на одной территории мы могли полчаса-час, а потом обязательно надо спорить, максимально не сдавая своих позиций.
Поднимаясь на пятый этаж, задумалась о том, что не хочу сегодня встретить ни кого из старых знакомых. Первый раз посетила такая мысль. Раньше кто-то всегда вспоминался.
Войдя в квартиру, не снимая кроссовок, сразу направилась в сторону большой комнаты, нашей комнаты. В спальню свекрови я никогда не заходила без острой надобности. Даже дверь не открывала, чтоб заглянуть. Почему так, не знаю, хоть это никогда не запрещалось и разрешения никого спрашивать не нужно было. Проходя мимо узкого зеркала в пол, обратила внимание на свое отражение. От туда на меня взирала обычная брюнетка с высоким хвостом в свободной белой футболке с черным замысловатым принтом под косухой, голубых свободных джинсах и белых кроссовках, с синим спортивным рюкзаком на правом плече. Самая обычная. Даже худоба обычная, не спортивная, не подтянутая, просто обычная.
Сделав ещё два шага я оказалась в самой большой комнате этой небольшой двушки. Здесь все как было: тяжёлые тёмно-коричневые шторы в контрасте с белым матовым шифоном на окне, а также с светлыми, почти белыми, но все же бежевыми обоями. Боже, сколько в свое время я доказывала папе Коле, что не будет эта комната темной из-за этих штор. Не верил, пока не доделали ремонт. Аж улыбнулась невольно от воспоминаний. Свекровь тогда свое мнение высказала только свекру, как сейчас помню «Коленька, гад ты этакий! Ты чё к детям лезешь? Ты себе квартиру купил? Вот там свое мнение и изображай. А дети в этой комнате живут и они сами решат светло или темно им должно быть. Пусть хоть газетками все облепят – их право. И вообще, а ты чего это сюда припёрся, а?» Вот чего он тогда «приперся» не помню, но ушел быстро.
Сбросила рюкзак на диван и присела на него, откинувшись на спинку. Три года бок о бок на этом диване, три года когда планировали, мечтали, решали проблемы. Три года из восьми с половиной тихого счастья, когда все было легко, просто и правильно для нас.
Упёрлась локтями в колени, опустив голову на ладони. Чувствую, как начинают жечь глаза. Это было наше время и хочется прожить его ещё раз. Не судьба.
Оставляю рюкзак на диване, достав от туда только деньги и выхожу из квартиры. Нужно быстрее с этим закончить. Отправляюсь в цветочный магазин, покупаю десять роз без упаковки, лент и прочего. До первой остановки решаю пройтись пешком, тут не слишком далеко.
Прохожу район, в котором провела свое детство и юность, на свою бывшую родную улицу даже не тянет заглянуть. Нету какой-то великой ностальгии, просто чувство, что это все мне знакомо, не более. Дохожу почти до окраины и захожу в открытые невысокие ворота. Ну здравствуйте, дорогие родственники, я пришла.
Отдав дань памяти бабушке с дедушкой и родителям выхожу с территории кладбища с двумя алыми розами в руках. Иду в сторону небольшого продуктового магазинчика, попутно вызывая такси. К магазину добираюсь одновременно с такси.
- Центральное кладбище, пожалуйста.
- Хорошо – отвечает водитель не бросая даже взгляда на свою пассажирку. Идеальный таксист, как по мне.
Добрались быстро, хотя я была бы не против растянуть время поездки.
Пройдя пару минут между рядами, вижу как на меня смотрит Тарасов Александр Николаевич с лёгкой полуулыбкой с гранитной плиты.
- Ну что ты смотришь? Да, я пришла. Да, я не хотела. И ты знаешь почему. А вот я не знаю… Саш, я не знаю, что мне делать? Полтора года прошло, а я не могу смириться, что ты меня бросил! – смотрю на фотографию и прям слышу его постоянный ответ на почти любую ситуацию «Так должно было быть, зай» - Знаю-знаю, все знаю. И кто виноват знаю, и что не изменить ничего, тоже знаю. Прости меня, родной, что не могу тебя отпустить. Боюсь, никогда и не смогу. Прости.