Он помолчал, я помолчала, а потом отключила звонок.
— Задолбал! — швырнула гаджет на диван.
История моя печальна и даже порой отвратительна, отношения с папой никакие, как собственно и со всеми остальными родственниками. Не хотела никого видеть и никого знать, поэтому завтракать с этими тёлками я не буду.
Подошла к большой двуспальной кровати, где дрыхли мачеха и невестка, легла с края. Почти сразу уснула. Мне снился кардинал Ришелье, выжигающий мне на плече лилию.
**** А на улице осень, а мне почему-то казалось всё время, что весна. Может от того, что сердце моё пело и плясало.
Вот нафиг я вчера вечером пила! Дима в меня кончил, и я могу оказаться беременной.
Эта мысль пугала и радовала одновременно, и я почему-то была вполне счастлива. Села в машину и поехала из Москвы в Питер от МКАДа до КАДа, потому что в понедельник мне нужно на работу.
Мой Ришелье.
Он как густая жидкость, начал неожиданно заполнять всю мою душу и всё моё сердце. Вначале я посмеялась, что так интересно провела своё время, ведь секс с незнакомцем – это достаточно интересная интрижка. А потом вдруг мне стало плохо: я думала о нём каждую секунду. Меня даже посещала мысль вернуться, найти тот клуб и узнать у охранников, кто такой, этот мужчина.
Элла права, у меня давно не было секса. Не гуляла. Когда ни в чём себе не отказываешь, сердце становится чёрствым, и ты перестаёшь привязываться к своим любовникам, особенно если они случайные.
А я влюбилась с первого раза, не как взрослая женщина, а как девчонка.
Пустая квартира, ледяной ветер с залива. Соседка бьюти-блогер, неумолкающая ни на секунду, и мне опять пришла мысль купить очередной мусс. Ставить некуда, но можно на балкон... Скучна моя жизнь.
И я бы вернулась в Москву!
Но оказалась не беременной и затянула работа.
Я отпустила ситуацию, но как оказалось, ситуация не отпустила меня.
****
— Милый, я электрикой занимаюсь с первого курса философского факультета, неужели ты думаешь, что сможешь меня объегорить? Вот на этом, — я указала на распределительный щит, что стоял у пункта, — охраны сама себе всё поставит, наша задача – не подвести нашу фирму, а подвести электричество. С защитой, милый, от дождика, грозы, перенапряжения.
Папа давно в строительном бизнесе. Я, как назло бабке шапку не надела, и поступила на философский факультет, хотя папа настоятельно рекомендовал, чтобы я пошла на строителя. Но я умудрилась совместить, поэтому и философские течения знаю и розетку могу разобрать.
Субподрядчик – молодой пацан, сунув пальцы в карманы узких джинсов, опускал бесстыжие глазки.
Это очередное здание мы сдавали в Санкт-Петербурге, хотя из Москвы, прописка здешняя. Одним словом, растянулись на два города. Я осталась здесь, семья уехала в днище. Не особо большая начальница, надо мной ещё стоят люди, не хотела брать на себя ответственность. Но я очень важный проверяющий элемент: пока не подпушу бумаги этим ханурикам, на счётчик поставлю, если до завтра не сделают.
И пусть не смущает мой строгий костюм, с юбкой ниже колен, блонд в волосах и идеальный макияж . У меня соседка бьюти-блогерша, не могу иначе выглядеть, я время от времени мелькаю в её репортажах.
Он что-то невнятное мямлил, я видимо совсем решила озвереть, продолжила на него наезжать. Подлетел взрослый мужик, начал оправдываться. Пообещали исправить до конца дня, и я им дала время. Мне уж точно спешить некуда, я вся в работе с утра до ночи. Пора заканчивать с этим.
Строительство офисов в Санкт-Петербурге под ключ с гарантией два года, мне нужно чтобы в эти два года всё выдержало, и потолки вниз не упали. На самом деле, качество строительства просто великолепное, иначе мы бы работали на какие-нибудь склады. А так офис был построен для какой-то навороченной фирмы. В документы пока не лезла, не я буду подписывать их.
Отошла от электриков, осмотрела большой холл, здесь скоро будет дышать и существовать корпоративный организм, уже въезжали новые люди. И неожиданно я увидела грушевидную фигуру, на которую крайне сложно найти костюм, потому что талия там шестьдесят девять сантиметров, а зад все сто шестьдесят девять. Это привлекало все взгляды, не только женские, но и мужские. Если женщины обычно думали: "ой, какая жопа – это просто невыносимо, я бы сдохла", то мужики реально облизывались. Я даже слышала разговор со стороны, как она нравилась. И я за этой попой , как заяц за покачивающимся удавом, последовала в длинный коридор.