— Вот, пожалуйста! — Сергей откровенно торжествовал. — И кто из нас первый затевает скандал?
Редкая удача! Ему удалось уличить ее в том, в чем она же обычно его и уличала в их частых прежних ссорах.
— Согласна, — сказала Аня. — Я сегодня первая. Но это ничего не меняет. Что тебе от меня нужно? Зачем приехал?
— Поговорить.
— Ты уже второй за сегодняшний день, кто хочет со мной поговорить!
— Кто первый?
Она только сейчас сообразила, что сболтнула лишнего.
— Не важно, — уклонилась Аня от ответа.
— Ты что, провоцируешь меня на ревность?
— Нет. Я провоцирую тебя на понимание такого очевиднейшего факта, как отсутствие симпатии с моей стороны к твоей персоне. Что, не очень внятно выразилась? Сережа, пойми, ты зря приехал.
— Значит, я не смогу с тобой поговорить?
— Нет. А впрочем, ты добрых десять минут уже разговариваешь со мной. Как бы мне поднапрячься и понять, о чем именно?
— А я не понимаю, почему ты меня избегаешь. Ведь ты любишь меня — я точно это знаю! Мы даже ругаемся только потому, что оба любим. И я, и ты… если б не любили, нам все было бы безразлично.
Он замолчал, явно ожидая положительной ответной реакции.
— Дальше-то что? — Аня до последнего старалась продемонстрировать ему крайнюю степень безразличия. Естественно, чем старательнее она подходила к этому простому в общем-то делу, тем хуже у нее выходило. Нервы ни к черту.
— Может, все-таки зайдем домой и там спокойно все обсудим? — предложил Сергей более чем миролюбиво. — А то уже все соседи в окна выглядывают.
— Пусть смотрят. Когда еще им бесплатный спектакль покажут? Тем более что мы с тобой только что вступили в последний акт.
Анна заглянула ему в глаза, она прекрасно знала: он с огромным трудом выдерживал такой ее взгляд. Она умела так посмотреть — пронзительно, с укором, прожигая насквозь.
— Хочешь все вернуть? — Голос у Ани стал вкрадчивым. Не к добру.
— Да, — ответил он с нарастающим подозрением в голосе.
— Прямо-таки все-все-все?
Он с опаской кивнул, все еще не понимая, к чему она клонит.
— Тогда верни мне моего ребенка! — выпалила она ему в лицо.
Сергей не нашел что ответить.
— Ага! Не можешь?
Уже не дожидаясь никакого ответа, Аня решительно обошла его и скрылась в подъезде. Дверь щелкнула.
Сергей вспомнил, что она сменила кодовый замок.
Аня, сама того не подозревая, била по больному месту. А кабы знала — ударяла бы чаще.
Сергей испытывал вину. С недавних пор в нем замкнуло что-то, и сообщи он это Ане, она ни за что бы не поверила — только в лицо бы ему расхохоталась. А ведь было поначалу так, что все произошедшее казалось некоторой досадной мелочью, неуместным и малозначительным пустячком. Куда там — он даже считал виноватой саму Аню. Договаривались же с ней когда-то — ни-ка-ких детей!
И она, что характерно, не возражала.
И вдруг — на тебе! Беременна! Все бабы такие! До свадьбы белые и пушистые, а как добьются своего — ноготки выпускают…
Самое главное — как это у нее получилось? Он же страховался. Потому и первая мысль, промелькнувшая в раздосадованном мозгу: нетушки, не от меня. Анька — в слезы! Да как, говорит, ты мог так обо мне подумать?! А как прикажете? Не может этот ребенок быть от него! Сергей — не маленький мальчик, слава Богу, в курсе, откуда берутся дети!..
Аня обиделась. И ушла.
Но он любил ее, хотел так, что готов был даже простить эту дурацкую измену. Так и заявил ей в ультимативной форме: избавься от этого «не нашего» ребенка, и все снова будет по-прежнему. Логично? Логично. Не растить же ему, в самом деле, какого-то чужого байбака, тем более что даже своего, собственного, Сергей не хотел!
Тут Аня вообще оскорбилась. И тогда на сторону Сергея неожиданно встала теща.
Впервые ее мать горой стояла за него, хотя прежде всегда была против. А тут — такое!.. Короче, она уговорила Аню вернуться к мужу, вопрос же о ребенке оставила на усмотрение Ани. Та все так же категорически отказывалась от аборта.
А потом… Потом — они ругались каждый день. Естественно, из-за «байбака». Жизнь превращалась в кошмар. Аня уже ничего не хотела, кроме одного: чтобы все оставили ее в покое. Ее и ее ребенка. От Сергея ей было ничего не нужно, в какой-то момент он даже стал ей органически неприятен. Она не желала с ним есть, спать, даже в одной машине ездить.
Однажды все-таки поехала.
Это называется: занесло. Сергей совершенно не успел среагировать, ни педаль нажать, ни руль крутануть, как они уже перевернулись. Никто, к счастью, не пострадал, да и машину только лишь слегка помяло. А вот у Ани, то ли от испуга, то ли от какого-то не замеченного ею микроскопического удара, началось сильное кровотечение. Она потеряла малыша.